Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

Савва лишний раз убедился, что правильно он делает, живя двойной жизнью. Связь с Данией после той вечеринки, когда она пригласила его на «Белый танец», не прекращалась.

Дания, далеко не то, что он считал эталоном красоты (за эталон он принимал только женщин такого сорта, как кума Анастасия), но Дания была молода, свежа и очень темпераментна, не в пример жене. Он даже снял для своей любовницы времянку у знакомой гречанки, где и встречался с ней довольно часто. Последнее время посещал ее чуть лини каждый вечер. Приятно все-таки ощущать себя любимым. И противно, когда с тобой не считаются. Даже дочь Наташка, глядя на мать, тоже может что-то фыркнуть, показывая свое к нему пренебрежение.

* * *"

"В начале сентября, перед отъездом Дмитрий Харитониди с семьей приехали к Ирини попрощаться. Они бывали здесь крайне редко. За два с половиной года может, два раза и были все вместе разом. Обычно приезжал один Харитон. Через две недели они должны были отправиться в Адлер, через Москву с пересадкой.

«Волгу» назавтра забирал у него сосед – узбек, который давно положил глаз на Харитонову машину, давал неплохие деньги за совсем не новый автомобиль. В столице семейство планировало побывать у докторов, еще раз проконсультироваться по поводу Михаила.

Сели за стол на дворе у летней кухни, пристроенной к времянке для квартирантов. Дети занялись своими играми, мужчины рассуждали о переезде на Кавказ, а Ирини позвала Настю, показать ей новые модные туфли чешского производства. Настя наказала Харитону смотреть за детьми, а сама пошла в дом к Ирини. Не прошло и трех минут, как послышался душераздирающий крик и, побледневшие женщины, вылетели из дома.

На земле, под яблоней лежал длинный, тощий, нескладный и, чуть дышащий, Михаил. Оказывается, он в одну минуту влез на мощную Наташину яблоню и, подскользнувшись о гладкую влажную (с час назад прошел небольшой дождь) кору, слетел, чуть ли ни с самой верхушки дерева. Лицо его было исцарапано ветками, но крови не было, только ссадины. Пацан держался за голову и стонал. Харитон, закинув всю свою семью в машину, помчался в больницу. Ирини даже побоялась сесть поехать с ними потому, как уже во второй раз в ее доме происходят несчастные случаи с ее крестником Мишей.

Господи! Что же это происходит?! За что такое страшное наказание?

Весь вечер Ирини непрестанно молилась и плакала. Просила Бога смилостивиться, не дать умереть крестнику. Она была уверена, что он отбил себе все внутренности. Просила и девчонок помолиться. Но с них какой толк?

Они же пионерки, в Бога не должны верить, так «говорил великий Ленин, так учит коммунистическая партия Советского Союза» – эта цитата застряла в голове Ирини с давних времен.