Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

Она наводила Ирини на мысли о родной Осакаровке, с ее снежной буранной зимой, натопленной печкой, родными лицами… Все это теперь далеко. Скорее бы лето, поехала б с детьми к маме в гости. Дети взялись за руки и устроили хоровод под музыку. Ирини присоединилась к ним.

* * *Настя заявила Дмитрию, что, как и Эльпида, тоже не собирается сидеть дома: после родов, чуть подрастет ребенок, она выйдет на работу. По этой причине, она больше склонялась переехать в Акмолинск. Там жили ее родители, они б помогли присмотреть за внуками. Туда они и совершили свой первый переезд. Харитон был против ее желания работать, но Настя настаивала. Усевшись на табуретку со своим аккордеонам, Анастасия пела грустную песню, уставив на него веселые глаза, поблескивающие в полутьме, падающего от керосинки света.

«Прости меня, если можешь простить!

Улыбнись взглядом, будто мы снова рядом!

И обид не храня, прости меня!»

Харитон слушал и ревнивые мысли одолевали его: «Не его же она просит простить! Перед ним она ни в чем не виновата. Может, она поет, обращаясь мысленно к своему Власину? – Харитон сжимал губы, отворачивался. – Ну, что он вечно все принимает буквально? Настя просто поет. Дразнит его. Ну, пусть потешится…».

Однако как-то не выдержав, встал, потоптался на месте, подошел к ней:

– Настюша, ну что ты все какие-то грустные песни поешь? Спой что-нибудь веселое.

Настя смеется. Музыка прерывается.

– Не нравится песня? Это я так тебе буду петь, когда ты разозлишься на меня и бросишь. А я приду, встану к тебе под окно и буду петь, пока не простишь меня.

Харитон пугается, смотрит недоверчиво: шутит что ли?

– Бросьте, Анастасия Андреевна (он так называл ее иногда в шутку), говорить чепуху!

– А что, Дмитрий Аристотелевич, вы никогда на меня не разозлитесь? Даже за то, что я не стану домохозяйкой, а пойду работать. Ты же хочешь меня дома запереть…

– Ничего такого я не хочу. Там посмотрим…

Конечно, Анастасия не из тех женщин, которая будет заниматься только домоводством. В самом деле, Харитон сам не представлял, как это проводить все время в одном месте – дома. Сам он был летун. То ему надо было съездить в Алма-Ату, то в Москву, то в Осакаровку, то в Караганду, то еще куда сбывать товар. Нравится ему спекулировать или, как говорит грамотная Клео, заниматься фарцовкой. И почему его называют спекулянтом? В былые времена людей подобного рода называли, кажется, негоциантами или купцами… Или меценатами? Харитон плохо знал значение этих слов, знал только, что связаны они с торговлей, с деньгами. Да, он торгует, ну и что? Разве это не работа – привозить людям товар, который им нужен? Или он не устает от такой работы? Не дай Бог – еще как устает! Одни мысли – не попасться в руки милиции, чего стоят! Понятно, ему придется обеспечивать две семьи.