Дело спящей красавицы (СИ)

— Добрый день, — кисло поздоровался со мной Иванов.

— Какой же он добрый… — я махнул рукой, не желая продолжать фразу.

— После личного знакомства с вашим батюшкой я больше не считаю, что младший Чехов делает день по-настоящему плохим, — примиряюще заявил парень и протянул мне сигарету.

— Не курю, — ответил я, хотя взял сигарету и принялся разминать ее в пальцах.

— И как же вы расслабляетесь? — хитро уточнил следователь.

Я пожал плечами.

— Хотел бы я сказать, что не напрягаюсь. Но на самом деле я просто довожу себя до крайней степени усталости. И потом валюсь с ног.

— Так и до выгорания недолго, — протянул Дмитрий.

— Не дождетесь, — криво усмехнулся я.

Мы просто помолчали какое-то время, и я понял, что меня это не напрягает. Жар под кожей медленно таял. Глаза перестали казаться раскаленными.

— Благодарю вас за звонок, — обратился я к Иванову. — Своим предупреждением вы мне здорово помогли.

— Я хотел насолить Филиппу Петровичу, — фыркнул парень. — Он явился в мой отдел, открыл с дверь, занял мой кабинет. И я подумал, что стоит свести в одной комнате двоих Чеховых.

Я совершенно искренне засмеялся, запрокинул голову. Иванов смотрел на меня, словно видя впервые. А потом и сам хохотнул."

"— Мой отец хотел преподать вам урок хорошего допроса, — произнес я негромко, когда я успокоился. — Но это вовсе не означает, что он считает вас плохим следователем.

— Думаю, что он всех считает недостаточно хорошими, — предположил парень.

Я пожал плечами:

— В этом весь старший Чехов.

— А младший другой? — с иронией спросил Дмитрий. — Вы производите такое же впечатление, Павел Филиппович.

— Просто вы плохо знаете моего отца.

— Я и своего не знал, — неожиданно сказал жандарм. — Вы знали князя Шуйского больше меня.

— Что? — я не понял о чем речь.

— Вы видели его смерть. И наверно видели его душу, уходящую за грань.

Я лишь кивнул.

— И это больше того, что досталось мне.

Парень произнес слова без эмоций, но я ощутил горечь.

— Хотел бы я иметь такой же опыт общения со своим отцом, — я посмотрел на парня в упор.

— Я пошел в жандармы, чтобы служить империи и императору так же, как мой отец — Шуйский. Мне хотелось доказать ему, что я стоящий человек. Что достоин…

Сигарета в моих пальцах надломилась.

— Ну а я пошел противоположным путем, потому что сам так захотел.

— А если бы ваш отец это одобрил? — Иванов ждал моего ответа.

— Все равно бы пошел в адвокатуру, — честно признался я. — И то, что начальник охранки не одобрил бы эту дорогу, только сделало мой выбор приятнее.

Впервые я заметил, что парень не пытается казаться значительным. Вероятно, мало кому удавалось увидеть его таким, как сейчас — растрепанным и усталым.

— Он страдал? — тихо спросил Дмитрий.