Красавица

За спиной Арт поспешил на помощь своему брату, но рухнул от удара кого-то, кого он не видел и не слышал. От удара призрака ночи.

Фобос оказался умнее и не стал вмешиваться, лишь пискнул издалека.

Неясные тени мелькнули во тьме недостроенного скелета здания, двигаясь слишком быстро, чтобы можно было что-то разобрать. Спустились вниз по железной колонне без малейшего звука, смешиваясь с темнотой, пока наконец не приобрели очертания, образовывая круг фигур в плащах вокруг Бастьяна и Эша.

– Какого дьявола? – Голос Эша дрогнул.

Бастьян посмотрел на него сверху вниз, улыбка нескрываемого удовольствия растянула ему губы.

– Позволь мне познакомить тебя с некоторыми моими коллегами, Эш. – Он ткнул револьвером в грудь испуганному мальчишке. – Они хотят с тобой пообщаться.

* * *До того как закончится ночь, Эштон Альберт определенно наделает себе в штаны.

Бастьяну вряд ли понравится лицезреть это. Или чувствовать аромат.

Нет. Вранье.

Ему очень понравится.

Пришло время этому живущему в свое удовольствие животному указать его место. Показать, каково это, когда у тебя нет ничего, даже матери и отца, которые могут прийти на помощь и спасти сыночка от демонов, снующих во тьме.

Напряжение сковало плечи Бастьяну. Покрутив шеей, он заставил себя расслабиться. Прошел уже почти год с тех пор, как неконтролируемый гнев завладевал им в последний раз при мысли о кончине родителей. Из всех возможных вещей ему меньше всего хотелось, чтобы воющий Эштон Альберт послужил напоминанием того, что Бастьян потерял.

Вот еще одна причина, чтобы именно эта крыса стала мишенью его возмездия.

Она очень даже сойдет. Бастьян подумал, что ему вполне будет достаточно вида старшего сына Джея Баллона Альберта, горизонтально свисающего с металлической платформы на высоте восьми этажей над Новым Орлеаном.

Женский смех пронзил ночную тьму. Гортензия схватила Эша за отполированный ботинок и крутанула разок, камни в ее кольцах угрожающе сверкнули во мраке, а ее темная кожа будто сияла на фоне бархатного неба. Когда подпорка, державшая Эша на платформе, скрипнула, он закричал, умоляя пощадить его.

– Dis-le plus fort, mon cher[89], – проворковала Гортензия. – Ничего не слышу.

Бун засмеялся от всей души, его ангельские черты лица наполнились радостью. На краю здания Джей крутил свой перламутровый кинжал между пальцами, и его черные волосы развевались на ветру.

Сестра Гортензии, Мэделин, закатила глаза. У подола ее плаща, застывший от страха, сидел Арт, которого уже дважды вырвало на платформу, он тяжело дышал, по лицу у него размазались сопли и слезы.

– Ч-что вы хотите? – взвыл Эш.

Бастьян намеревался ответить ему. Но чуть позже.

– О Бастьян, – начал Найджел, каждое его слово пронизывал акцент кокни, его взгляд оставался суровым.