Космобиолухи

Вениамин торопливо схватил свою за ручку, но было поздно: с донца уже капало.

– Хор-р-рошо,– пророкотал доктор тоном, вообще-то ничего хорошего не сулившим. Одержимость друга киборгом вконец его достала. Спокойный, рассудительный человек за считаные дни превратился в злобного параноика! Сколько ж можно?! – И кем ты готов пожертвовать?

– В каком смысле? – Станислав сел и, невзирая на дымок над чашкой, сделал большой глоток. Пересохшее горло стало обожженным, из глаз брызнули слезы, что не улучшило капитану настроения.

– Ну что ты сделаешь с киборгом, когда найдешь?

– Пристрелю как бешеную собаку, что ж еще?! – откашлявшись, искренне удивился вопросу Станислав.

– А вместе с ним – кого? Теда? Полину? Марию Сидоровну?

– Это всего лишь маска! – защищался капитан.

– И чем же она отличается от лица, если ты уже неделю отличить не можешь?

– То есть для тебя нет разницы, с программой ты общаешься или с живым человеком?!

– Иные программы,– выразительно сказал доктор,– поприятнее людей будут. А если это, скажем, я – тоже пристрелишь?

– Да! – запальчиво подтвердил Станислав.– То есть…

Поздно. Вениамин со стуком поставил так и не пригубленную кружку, молча отодвинул стул и пошел к медотсеку.

– Вень, ну чего ты? – спохватился капитан.– Я же знаю, что это не ты!

– А вот я насчет тебя не уверен! – огрызнулся доктор, и створка задвинулась.

– Венька! – Станиславу тоже резко расхотелось чаю. В раздумье покрутив кружку за ручку туда-сюда, он встал, подошел к медотсеку и тихо, виновато постучался.– Ну извини, я был неправ…

– Я тоже,– неестественно спокойно отозвался друг, чем-то позвякивая – видно, взялся наводить порядок в шкафу, чтобы унять нервы.– Капитан из тебя паршивый!

Станислав до боли стиснул кулаки. Нет, расквасить Веньке нос ему не хотелось. Но и лупить в сердцах по стене было глупо.

К тому же за спиной прошелестела дверь шлюза, и капитану пришлось срочно брать себя в руки.

Владимир поглядел на Станислава с легким неудовольствием, однако продолжил путь к холодильнику. Вытащил оттуда ополовиненную банку с паштетом, оставшимся с завтрака, брезгливо принюхался, но все-таки соорудил огромный бутерброд, еще и майонезом из тюбика сверху полил.

– Да, капитан, давно хотел сделать вам замечание. Скажите своим подчиненным, чтобы перестали увиваться вокруг моей лаборантки,– небрежно, но в приказном порядке бросил микробиолог.– А то знаю я этих романтиков космических дорог: вскружат доверчивой девчонке голову, и ищи-свищи их потом.

Капитан уставился на ученого, как настоятель монастыря, послушников которого обвинили в групповых оргиях.