Корсар

По ночам случались заморозки, поэтому я спал в фургоне с биологической грелкой по имени Марта Зуяне.

На четвертые сутки сподобились встретиться с врагом. Это был тот самый отряд, который нападал на наших на правом берегу Невы — четыре сотни пехотинцев и рота драгун при теперь одной трехфунтовой пушке. Шли без высланной вперед разведки. Наверное, были уверены, что русские так глубоко в их земли не зайдут. Моя разведка умудрилась заметить шведов и не засветиться. Теперь мы их встречали на краю леса, перед которым дорога с версту шла по лугу, покрытому потемневшей, засохшей травой. Впереди шагала в колонну по три пехота, за ней ехал обоз и замыкали драгуны. Так понимаю, конных поместили в арьергарде потому, что в авангарде будут задавать слишком быстрый темп движения и постоянно отрываться от пехоты. Шли устало. Видимо, отправились в путь рано утром. Мы их подпустили метров на сто пятьдесят. Я хотел еще ближе, но заметил, что шведский офицер, скакавший перед пехотой на рыжем жеребце, заметил что-то впереди и придержал коня. Его команда и моя прозвучали одновременно.

Я крикнул:

— Огонь!

Четыре трехфунтовые пушки — две справа от дороги, две слева — рявкнули одновременно, послав в шведскую пехоту заряды картечи. Одна из пушек справа попала особенно удачно, выбив десятка два солдат. Уцелевшие по приказу офицера на рыжем коне начали строиться в две шеренги.

— Огонь! — скомандовал я во второй раз.

Выстрелили еще четыре пушки, убив офицера и еще несколько десятков солдат и сломав психологически шведских пехотинцев. Одно мгновение отделяет армию от стада трусливых, безмозглых баранов. Только что были бравые вояки, а теперь — скопище трусов с отключенными мозгами, которые не понимают, что порознь превращаются в легкую добычу и обретают себя на смерть. Они рванули в обратную сторону, бросая ранцы и даже мушкеты. Драгуны, собравшиеся было спешиться и поддержать пехотинцев, остались в седлах, но поддержать таки поддержали — поскакали в том же направлении и намного быстрее.

— Конница, вперед! — приказываю я и на коне выезжаю из леса на дорогу, чтобы возглавить преследование.

Мы гнали их до конца луга и немного по лесу. Многих порубили, семьдесят три человека взяли в плен. Плюс пушка и обоз с провиантом на это подразделение на две недели. Пленные рассказали, что командовал ими майор Лион. Это он скакал на рыжем жеребце, а теперь лежал ниц на дороге со срезанной картечиной верхней частью черепной коробки. Между светлыми длинными волосами, пропитанными возле среза кровью, лежала серо-красная студенистая масса мозгов, которые пострадали из-за того, что неправильно выполняли свои функции.

51

К нашему возвращению в лагерь у Нотебурга там уже все закончилось.