Красный, белый и королевский синий

 – Честно говоря, я чувствую себя полным дерьмом. Прошу, не сердись на меня.

Джун продолжает жевать, пристально глядя на щебечущую на экране Лесли Ноуп.

– Мы можем пообедать завтра, – в отчаянии произносит Алекс. – Я все оплачу.

– Меня не волнует дурацкая еда, Алекс.

Он вздыхает.

– Тогда чего же ты от меня хочешь?

– Я хочу, чтобы ты не вел себя как мама, – отвечает Джун, наконец подняв на него глаза."

"Она закрывает контейнер с едой, поднимается с кровати и начинает расхаживать по комнате.

– Хорошо, – произносит Алекс, поднимая обе руки, – так в этом все дело?

– Я… – Джун делает глубокий вдох. – Нет. Мне не следовало так говорить.

– Нет, очевидно, именно это ты и имела в виду. – Алекс бросает свою сумку на пол и входит в комнату сестры. – Почему бы тебе просто не высказать все вслух?

Джун поворачивается к нему, скрещивает руки на груди и прислоняется спиной к комоду.

– Ты действительно ничего не замечаешь? Ты совсем не спишь, постоянно во что-то ввязываешься, ты готов позволить маме себя использовать, как ей только захочется. Журналисты постоянно тебя преследуют…

– Джун, я всегда был таким, – мягко перебивает ее Алекс. – Я собираюсь стать политиком. Ты всегда это знала. Я возьмусь за свою карьеру, как только закончу колледж… через месяц. Именно такой и будет моя жизнь, понимаешь? Я сам ее выбрал.

– Что ж, возможно, это неправильный выбор, – произносит Джун, прикусив губу.

Алекс пошатывается от столь неожиданного заявления.

– Это еще откуда взялось, черт возьми?

– Алекс, – обращается к нему сестра, – перестань.

Алекс не понимает, к чему клонит Джун.

– Ты ведь всегда поддерживала меня до этого момента.

Джун резко выбрасывает руку вперед. Горшок с кактусом, стоящий на комоде, летит на пол. Затем она произносит:

– Потому что до этого момента ты не трахал принца чертовой Англии!

Этого оказывается достаточно, чтобы Алекс тут же закрыл рот. Пройдя в гостиную, он опускается в кресло перед камином.

Джун наблюдает за ним. Ее щеки пылают.

– Нора сказала тебе?

– Что? – переспрашивает она. – Нет. Она не поступила бы так. Хотя хреново, что ты поделился этим с ней, а не со мной.

Джун снова скрещивает руки на груди.

– Прости, я пыталась дождаться, когда ты сам обо всем расскажешь, но… Боже мой, Алекс! Сколько раз я должна была верить, что ты добровольно вызвался участвовать в той международной ерунде, от участия в которой мы всегда находили отмазки? И вообще… ты забыл, что я прожила рядом почти всю твою жизнь?

Алекс опускает взгляд вниз на свои ботинки и на идеально подобранный сестрой средневековый ковер под ногами.

– Значит, ты злишься на меня из-за Генри?

Джун издает сдавленный звук, и когда Алекс вновь поднимает глаза, она принимается рыться в верхнем ящике своего комода.