Королева Бедлама

Кровь хлынула из раны прямо в ведерко, которое Эванс взял у Джеррода и уверенно подставил под поток.

— Да, Мэтью. Похоже на то.

— Ты не обязан это делать.

Джеррод склонил голову набок, слушая, как льется в ведерко кровь. Три ястреба задрожали от возбуждения и начали стискивать когтистыми лапами кожаные перчатки, углубляя и без того глубокие царапины.

— Обязан. Если хочу тут остаться, конечно. Здесь со мной хорошо обращаются, Мэтью. Как с человеком.

— Ты всегда был человеком.

— Не-а. — Джеррод улыбнулся одними губами. — Там я был никто. Пустое место.

Он еще пару мгновений смотрел на Мэтью; содрогающийся в агонии барашек истекал кровью, а ястребы нетерпеливо переминались с лапы на лапу и издавали жуткие клекочущие звуки. Наконец Джеррод отвернулся и ушел к корзине выбирать себе нож.

Мэтью приблизился к Берри, чтобы привести ее в чувство — как, черт побери?! — но вдруг Эванс схватил его за плечо и окровавленной кистью, от которой разило старыми медными дуитами, принялся обильно мазать ему лицо: лоб, щеки, вокруг глаз, вокруг рта, подбородок.

Один ястреб — самый крупный и, вероятно, тот самый, что однажды на глазах у Мэтью разорвал на куски кардинала, — задергал головой в клобучке и начал тихо, пронзительно причитать.

— Они летят на красный цвет, — деловито пояснил Капелл. — Сотни перемазанных кровью полевых мышей и зайцев любезно отдали свои жизни, чтобы натренировать моих пташек. Конечно, запах они тоже чувствуют, но зрение у них отменное.

Он положил труп барашка в черный ящик с крышкой и тут же закрыл, чтобы не сбивать птиц с толку. Лоуренс Эванс подошел с ведерком и кистью к Берри. Та посмотрела на него как на безумца, попыталась дать ему пинка и даже запрокинула голову, но граф Дальгрен опять схватил ее за волосы, ударил кулаком в спину и пригрозил сломать ей позвоночник еще до начала игры.

Капелл подошел к лошадиной поилке и ополоснул руки. Мальчики уже нетерпеливо расхаживали туда-сюда, предвкушая охоту. Никто не смеялся, говорили коротко и по существу.

— Бегите к первому ряду лоз, вон туда, — продолжал Капелл, показывая на залитый солнцем виноградник ярдах в семидесяти от колокольни. — Я прикажу парням выпустить птиц. Они доберутся до вас в считаные секунды и будут метить в окровавленные лица, думая, что это просто раненые звери — пусть поймать их и не так просто. Ястребы, я заметил, особенно любят глаза. Затем я выберу несколько ребят на свое усмотрение и пущу их за вами. Получается сплошная польза — и физическая нагрузка, и бесценный опыт, и укрепление братских уз. Понимаете?

Мэтью увидел, как Берри вздрогнула: кровавая кисть заплясала по ее лицу. Ужасней всего выглядели белые круги возле глаз. Билли Ходжес прыгнул с утеса, спасаясь не только от острых клинков, но и от когтей и клювов.