Король драконов и Принцесса-Апельсин

– Не было бы меня, они бы уже стащили принца Альбиокко с коня и на руках донесли до дворца. Они как знали, что сегодня ты поедешь по городу – вырядились, словно на праздник!

– Не преувеличивай, – сказала я и снова замолчала, но на этот раз не потому что вспомнила о драконе.

Потому что увидела его.

Король Рихард стоял посреди площади, на каменном возвышении, откуда обычно зачитывались королевские указы, и улыбался направо и налево, а рядом герцог Тюнвиль раздавал принаряженным девицам подарки – зеркальца, гребешки, шпильки… Всё очень красивое – из серебра, из кости, с драгоценными камнями и гравировкой. Желающих получить подарок было много – колонна протянулась по всей площади. Девицы толкались, шумели, и боязливо косились на драконов, но за подарками подходили бодренько – куда только девался страх.

Рядом с Тюнвилем стоял мой личный писарь, и когда очередная девица получала подарок, спрашивал её имя, сверяясь по длинному списку, и делал отметку.

– Подожди! – раздался вдруг рыкающий голос короля драконов, и он жестом подозвал одну из девиц – миловидную брюнетку, которая только что получила от герцога черепаховый гребень.

Девушка подошла, не смея поднять глаз, а Рихард наклонился и ласково потрепал её по щеке – как породистую лошадь по холке. Девица задрожала, закрыв глаза и втянув голову в плечи, но стояла, как каменная. На площади стало тихо, даже девичий гомон сошёл на нет. Рихард развернул девицу спиной и приподнял тяжёлые чёрные пряди, разглядывая белую, точёную шею. Потом похлопал девушку по плечу, разрешая уйти, а сам окинул цепким взглядом следующую красавицу.

Король вскинул лохматую голову, услышав мой голос, и расплылся в улыбке. Шрамы на левой щеке делали улыбку неприятной – ничего человеческого, только оскал чудовища.

– Раздаю подарки, ваше высочество, – ответил он мне, скрестив руки на груди. – Решил, вот, порадовать красавиц вашего города. В честь моей женитьбы.

– О, так вы женитесь? – наиграно обрадовалась я. – И кто невеста?

Я ждала, что сейчас дракон скажет что-то вроде «принцесса Аранчия» или «ваша сестра» и тогда можно будет снова сказать какую-нибудь колкость – вогнать шпильку между змеиных чешуек, но Рихард проявил неслыханную дипломатичность:

– Моя невеста – самая красивая и целомудренная девушка во всём мире, – ответил он, полуприкрыв глаза.

Будто и правда грезил о своей целомудренной красавице.

– И с этой целью вы решили перещупать всех женщин в Солерно? – насмешливо поинтересовалась я.

– Нет, – ответил он, хитровато посмотрев на меня. – Только девушек.

Как я ни храбрилась, но в этот момент меня прошиб пот. Несколько секунд я глядела на короля, пытаясь определить – про девушек было сказано с умыслом или просто так, к драконьему слову пришлось.