Король драконов и Принцесса-Апельсин

– Терпи, жена, – я загнала и вторую шпильку, а потом и третью. – А вообще, с чего ты решила наряжаться? Я скоро ревновать начну.

– Всё шутишь, – она посмотрела на меня с укором. – Анча, ведь совсем не смешно…

– Пошли уже, – я пришпилила тюрбан ещё парой булавок и с удовольствием оглядела свою работу. – Меня так и распирает от злости. Надо прокатиться с ветерком, чтобы не перегрызть кое-кому горло при встрече.

– Перегрызть… – вздохнула Хильдика.

Мы объехали лагерь драконьих солдат, и я, пользуясь случаем, пересчитала их. Король Рихард прибыл к нам, как на войну, это точно. Наверняка, решил отобрать принцессу силой, если не получится добром. И армия у города – это большая опасность. И надо подумать, как избавиться от этой опасности.

– Притащил с собой только отборных мужланов, – сказала я сквозь зубы, когда мы с Хильдикой насчитали пятьдесят шатров, расставленных полукругом возле ворот города.

И везде бродили, валялись на траве или чистили лошадей крепкие, зрелые мужчины. Явно не новички в драке. Скорее всего, элитные отряды. Ветераны прошлой войны. Даже лагерь они разбили так, чтобы в случае чего контролировать всю стену города. Теперь с одной стороны от Солерно стояли шатры, с другой его омывало море – всё равно что взяли нас в осаду. Только осаждённым ещё приходится кормить осаждающих. На кострах жарились овцы целыми тушами, а к ним ещё были куры и гуси, и свежее пиво в бочках. За месяц казна Солерно порядком поиздержится. А ещё предстоит турнир…

– Вернёмся, – попросила Хильдика, которой стало не по себе от взглядов королевских солдат, хотя мы предусмотрительно не подъезжали близко.

– Вернёмся, – согласилась я.

На обратном пути я позволила себе порезвиться и несколько раз пугала Хильдику до крика, ставя коня на дыбы.

– Да что ж ты так орёшь, – посмеиваясь сказала я ей, когда в очередной раз подняла коня. – Нет, я точно запрещу тебе и принцессе Аранчии смотреть на турнир. Иначе вы обе охрипните, трусихи эдакие…

Мы въехали в открытые ворота и направили коней по главной улице, до площади. Люди, увидев нас, кланялись, а девушки почти бросались под копыта моего коня, чтобы дотронуться до стремени или сапога. Меня всегда смешили подобные проявления чувств, а Хильдерика сердилась.

– Как они себя ведут, эти бесстыдницы? – шипела она, почище дракона. – Куда смотрят их отцы?! Так откровенно вешаться тебе на шею…

– До моей шеи ещё никто не добрался, – отшутилась я, но против воли осеклась, вспомнив о короле Рихарде и его прощальном поцелуе.

Рука моя сама собой потянулась к вороту камзола, но я вовремя спохватилась и сделала вид, что поправляю берет."

"– Не добрались, потому что я здесь, – ответила Хильдика, не заметив моего молчания.