Копия моего мужа

Уж я убедилась в том, что они у него действительно сильные… Щеки покрываются румянцем, но оторвать от них свой взгляд я уже не могу. Больше не чувствую исходящую от него опасность — сейчас от Рустама веет каким-то особым теплом. На секунду представляю, как бы Тимур держал нашу дочку на руках. Как заботился бы о ней, как любил… Пусть каким бы он не был неверным мужем, отцом, я уверена, он был бы отличным.

Я бесшумно толкаю дверь и прохожу в комнату, в которой царит полумрак. Рустам поворачивается ко мне лицом с дочкой на руках и смотрит спокойным равнодушным взглядом, а у меня всё сжимается внутри от его присутствия. Всё еще свежи в моем сознании воспоминания той ночи, когда мы вместе плавали в бассейне. Возможно, для Тахирова это был просто секс и просто слова…

— Привет, — улыбаюсь, опираясь лбом о дверной косяк.

— Здравствуй, Лера, — произносит Рустам, не собираясь оправдываться что и почему он делает в нашей комнате.

Словно всё так, как и должно быть. Я устало снимаю с себя шарф и бросаю его в кресло. В комнату тут же входит Ольга Семеновна и увидев меня, покрывается красными пятнами.

— Лерочка, ты уже вернулась? Я бегала за водичкой для Надюши. Вот попросила Рустама Ильдаровича приглядеть за малышкой.

— Хорошо, Ольга Семеновна. Я дальше сама справлюсь, спасибо, — отвечаю спокойным голосом под пристальный взгляд Рустама.

Няня ставит бутылочку с водой на тумбу и, пожелав нам приятного вечера, уходит. В комнате ненадолго воцаряется тишина, которая неожиданно прерывается тогда, когда дочка решает срыгнуть прямо на дорогой костюм Тахирова. Я в ужасе закрываю рот ладонью и бросаюсь к малышке. Забираю её из рук Рустама, осторожно вытираю испачканный ротик и кладу в электоркачели, где дочка агукает как ни в чем не бывало и теребит ручками игрушки.

— Прости, у неё такое часто бывает, — подхожу со влажными салфетками к Рустаму и начинаю отчаянно тереть ворот его пиджака.

Пятно получается небольшим, но мало кому приятны детские шалости. А уж Тахиров точно не относится к тем, кто будет такому умиляться. От нашей близости начинает кружиться голова. Руки дрожат, когда я беру новую и новую салфетку, когда сильно тру испачканный участок костюма, судорожно вдыхая запах его крышесносного парфюма. Картинки нашего плаванья проносятся в моей голове одна за другой. Безумные и дикие толчки, его дьявольские глаза и усмешка. Его сильные руки, мой яркий оргазм и забота, которую он проявил после…

— Ничего страшного, Лера, — произносит спокойно Рустам, перехватывая меня за кисть руки. — Это просто ребёнок.

Меня словно прошибает током от его прикосновений. Я смотрю в его темные глаза и напряженно молчу, втайне мечтая о поцелуе. Тахиров словно улавливает мой настрой.