Координата поврежденности

 – Ты можешь подъехать в офис отца, когда освободишься?

– Хорошо. Но не раньше восьми.

– Я подожду. Только зайди через аварийный задний ход и надень какую-нибудь свою огромную толстовку с капюшоном, чтобы прикрыть лицо. Это важно. Я предупрежу охрану, чтобы тебя пропустили.

Мин знал, что к тому времени рядовые сотрудники уже уйдут, и в здании останутся только приближенные помощники отца.

Оставшиеся несколько часов он проторчал в офисе. Несмотря на свой внеплановый приход, все равно находились те, кто нуждался в его закорючке, поэтому только ближе к семи он передал секретарю, что все могут быть свободны, и наконец уединился.

Когда в дверь постучали, знакомая фигура в толстовке юркнула в кабинет. Мин напрягся. Он бы многое отдал за то, чтобы сейчас кто-то другой оказался на его месте. Но на нем находился он сам – как стрела, готовая вылететь из лука в любое мгновение, но смертельно уставшая от вечного сквозящего полета.

– Тебе идет, – с порога заметил Лайт.

Парень имел в виду его деловой костюм или новую должность и присущую ей обстановку? Мину оставалось только гадать.

– Но все же ты справляешься лучше, чем думал. – Лайт ободрительно улыбнулся, садясь в одно из кресел. Мин встал, направился к парню и присел в то, что располагалось рядом.

– Я знаю, кто напал на отца. – Он предпочел выстрелить стремительно. – Это опять из-за Наны. Ее отец объявился с жаждой мести. И, не застав меня в Бангкоке, отыгрался на отце.

Судя по всему, новость оглушила, однако глаза Лайта смотрели на удивление ясно.

– Но… это же дикость какая-то! Вредить вам только потому, что ты не захотел быть с ней.

– Эта семейка считает иначе. Нана переборщила с таблетками, и ее отец полагает, что она пыталась покончить с собой из-за меня. – Мин поморщился, думая об этом.

– Такие, как она, не обрывают свою жизнь. Даже из-за парня. Думаю, это очередная манипуляция.

– И что мы теперь будем делать?

Режущее слух «мы» удивило бы Мина, не знай он Лайта.

– Мы – ничего. Я – все, что возможно. Мара мне поможет. Я решил предупредить, чтобы ты был осторожен. Не знаю, кому еще в моем окружении они захотят навредить. А в твоей ситуации… – Когда гнев на Лайта потух, громко кричать о его травме уже не получалось. Претензии сменились нерешительностью.

– …когда я, как ходящая бомба, ты это имеешь в виду? – в голосе Лайта слышалась досада. Даже во время своего признания тот изъяснялся бесстрашно, а сейчас словно стыдился своего «повреждения». Так и тянуло прикоснуться к парню, но Мин сдерживал себя.

– Не хочу, чтобы ты снова рисковал своим здоровьем из-за меня. Ты и так поступил опрометчиво в прошлый раз. Сам говорил, тебе нужно избегать любых потрясений – физических и эмоциональных.

– Я умею контролировать себя, Мин. Не первый год так живу.