Координата поврежденности

 – Не светись особо и не встречайся ни с кем без крайней нужды. Я же сделаю все, чтобы Напат не смог откупиться от обвинений.

– Меня беспокоит Лайт, – прежде чем Мин смог раздавить эту мысль, подобно назойливой букашке, она уже вылетела словами.

– Вы снова общаетесь?

– Какой ты милый, я не могу. – Мара прижалась к спинке кожаного кресла и сделала на нем один оборот, прежде чем снова встретилась с ним взглядом. – Он все равно уже знает о Нане, расскажи ему. Не строй из себя типичного киношного героя, который молчит обо всем, а в финале гордо погибает во имя любви. Это так дешево и тупо! И вообще, глядя на сложившуюся ситуацию, думаю, даже хорошо, что у вас ничего не вышло. – Подруга подразумевала, что теперь у Лайта гораздо больше шансов не пострадать.

После окончания разговора Мин вышел из бара и последовал обратно к машине. Он старался не слишком оглядываться по сторонам, но все же шагал медленно и якобы рассеянным взглядом рассматривал местность. И в который раз пожалел, что не курит. Курение – удобное оправданием для необходимых пауз.

Он не спешил выезжать с парковки, когда сел в салон, а уже более пристально осматривал прохожих и ближайшие автомобили. Долго так продолжаться не может. Неизвестность раскаляла обыденность до состояния тлеющих угольков, и теперь они будто опаляли, соприкасаясь не только с ним, но и причиняя вред его окружению.

В руке был зажат телефон, и Мин открыл список контактов. Среди них он тут же увидел имя, которое, как маячок, регулярно мигало в мыслях. Мара права: Лайт невольно стал частью истории с Наной, поэтому предупредить того о новой возможной опасности будет разумно. Тем не менее Мин медлил… не мог притвориться, что не слышит в голове тихий шепот: «От тебя одни неприятности». Если он все расскажет, это еще больше отдалит от него Лайта.

В Шанхае Мин врал себе, что готов вычеркнуть парня из жизни так же стремительно, как тот в нее попал. Какой жалкий самообман! Лайт был ему нужен. Даже поврежденным. Ведь он и сам полон разломов, трещин, кровоподтеков, пусть все они не на теле, а на душе.

Людям с травмой, как у Лайта, следует избегать физической опасности. Мин проклинал себя за то, что сейчас олицетворял все, что могло уничтожить докторишку.

Трусость была знакомым ему пороком. Как и легкость решения сбежать, оставив за собой пепелище из проблем и последствий. Но даже эта легкость не позволяла поступить так с Лайтом, поэтому Мин все же нажал на вызов.

– Когда заканчиваешь? Нам нужно поговорить.

– Что-то случилось с Кхуном Равитом? – взволнованные нотки прорезались в чужом голосе.

– Это с ним не связано. – Мина так и подмывало сейчас же приехать к Лайту, однако он вспомнил слова Мары. Лучше не околачиваться лишний раз возле парня.