Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

Они зарылись под кустами, которым густо зарос сад, и наблюдали за происходящим на передке.

— Отличная идея! Только так, чтобы вас потом не накрыли из всех стволов. Работай красиво.

Я понимал, что их вычислят, но надеялся, что это произойдет не сразу и они смогут поддержать наш штурм из СВД.

— Принято.

Я немедленно направил туда вторую группу, которая отставала от первой на сто пятьдесят метров. Еще одну группу я отправил на штурм со стороны «Айболита». Этим двум удалось штурмануть опорник украинцев и занять его. После этого туда зашла группа резерва, чтобы окончательно закрепиться и окопаться на этом углу. Украинцев и моих бойцов разделяли только колючая проволока, которую они растянули между лесом и оврагом, и двадцать метров нейтральной полосы.

Штурм длился несколько часов, и мне постоянно приходилось подпитывать группы пополнением, чтобы сбалансировать потери. Группа за группой, как волна за волной, мы накатывали на них. Они отступили, не успев забрать своих мертвых.

— Опорник наш, «Констебль»! — радостно доложили пацаны.

— Молодчики! А станция первой группы где?

— Станция на месте. Мы из первой группы двоих нашли живыми. Один «триста». Второй целехонький. Он тут, короче, «трехсотого» спас и сам намолотил хохлов несколько человек. Геройский пацан. Нам нужно подкрепление и БК.

— Понял. Закрепляйтесь. Держите точку — подкрепление сейчас будет.

Я взял резервную группу и отправил ее на новые позиции. А через полчаса прибежали два легких «трехсотых», которые поддерживали одного среднего. Они притащили шевроны «Бригады короля Данила», гаджеты и пару автоматов наших «двухсотых». Я с удовольствием отметил, что они тащат свое оружие, согласно полученному приказу.

— Кто там, кого спас? — поинтересовался я.

— Меня спас, — ответил раненный. — Мы зашли туда и нас размолотили. Меня сразу «затрехсотило». Он перетянул меня жгутом и в лисью нору затолкал. Сам следом залез, и мы сидим такие, ждем, — сильно жестикулируя руками рассказывать боец. — Тут смотрим: три хохла контролят наших «двухсотых». Молодой их ближе подпустил и убил.

— Это мелкий такой? Детдомовский? Так ему же двадцать лет всего.

— Вот и я лежу и думаю: «Вот малой дает!». Одного ВСУшника подтащил, и мы за ним забаррикадировались. Больше они зассали приходить. Когда наши подтянулись, мы услышали позывные и вышли.

— Геройский пацан. И тебя спас, и врагов перестрелял.

Пацаны закрепились в конце лесопосадки, которая не была еще выкошена артиллерией, и стали перекидываться гранатами с украинцами. Не высовываясь из траншеи, они простреливали позиции друг друга по-сомалийски и переругивались.

— Лови гранату, бандера! — орал наш боец, кидая им «эфку».

— И тоби, орк, на подарунок!

В ответ летела американская граната.