Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

Был у нас очень хороший снайперист… Царство ему небесное! Пазывной «Надаль». Вот на третий ден боя ему не павезло. Некаторые бранижилеты выдерживают все, а некаторые не очень-то. Вот да такой степени у него было ранение там. Пневматорэкс — сам понимаешь, што эта такое.

У него легкий было задета. Там такими бальшими дырками. Сматрю на него и гаварю: «Брат, што ты хочишь?». «Больно, — говорит, — делай что-нибудь! Я не могу дышать!». Я это все панимаю, я его на такой позы паставил, сидячий каторый, штобы наклонился и ему была легче хатя бы дышать. Я понимаю, там кровотечение и еще плюс с материалом там беда была. Материал, который мы должны аказать первый помош, вот у нас нехватка была. Потихонечь-потихонечь ми все налаживали и стали действовать намного па-другому.

«Талса» переключался с одной темы, на другую, чтобы вернуться, через некоторое время к первой теме рассказа.

— Кагда нету нужного медицинского материала, ти не знаишь, как кроватечение астанавливать там у ребят. Брали сахар пряма на рану, штобы свертываимость крови там абразавалась. Штобы там все астанавить кровоточен таким образом. В эту ночь пачти трехдневный запас медицинский материалов ми патратили. Так там у нас вообще ничего такого не было. Но то, што было, там под руки, у ребят, которое я с собой взял, — и все это патратили. Уже и не осталось ничего. Потом ребята, каторые штурмовав и взять па кусочкам блиндажи, начали принести нам этих трофейний медицинских приналдежность.

Он перевел дух и продолжил свой рассказ.

— И вот в эту же ночь челавек тридцать пят «трехсотых» и остальных там, «двухсотых», оказались. Патом все патихонечь-патихонечь все вытаскивали. Вот эта ночь закончилась. Самый-самый-самый такой ночь. Если я патом буду рассказывать — это время для меня никогда не заканчивается, патаму что там столько ребят было. Хочется всем па-мочь, но не палучается. Просто сил не хватает, там, рук. Еще плюс ка всему этаму, кагда у нас, например, свободный рук не было, ребят, кто должны были идти на штурм, просили помочь, чтобы хотя бы держали руку раненова. Ми все патихонечьку там, да вскрывая ихнию одежду там, да и по характер ранений и определили, и оказали нужный помош. Я этат день никагда не забуду. Двадцать шестое ноября ночью вот это все и случилось.

— Никто из нас не был готов к тому, что тут происходит, — дружески поддержал я его и похлопал по плечу. — Все будет хорошо. Главное, чтобы вы работали, и ребятам помогали.

Он кивнул мне и посмотрел на меня грустными глазами.

Саботаж и сопротивление

Я не стал задерживаться у себя в блиндаже — вышел на связь и приказал группе «Лучилы», который стал командиром после «Банура», подтягиваться к Хисману.