Константа

Даже строптивого вредины Толи, никак не могущего смириться, что по карьерной лестнице продвинули лысого, а не его. Между прочим, я считаю, что заслуженно продвинули, ибо и спичка надежды не сгорела и челюсть у меня цела, а с Толей могло быть по-другому. С челюстью так точно.

Пошло-пафосный коридор, несколько мини-залов, в которые заглядывал лысый и, наконец, он все же определился, где меня будут пытать — заглянув в очередной зал, втащил в него меня и кивнул на отдаленный стол у окна.

— Сядь туда и жди. — Приказал он, доставая телефон и подпирая косяк двери.

Послушно посеменила меж невысоких подиумов с шестами и пока отсутствующими на них стрипушницами. Попетляла между небольшим количеством столиков и покорно села на указанное место. Огляделась."

"Зал почти пуст. Несколько небольших компаний угадывались в зонах, отгороженных полустеной из всякой свисающей с потолка сорочьей, то бишь блестящей и почти непрерывной в контакте друг с другом, дребедени.

Освящение мини-зала приглушено, а музыку, долбящую на первом этаже, здесь почти перекрывает тихий ненавязчивый фон.

Из-за спины подошла официантка и протянула мне меню. Хотела уже отказать, а потом поняла, что мне нужно выпить. В идеале хорошей конины, но мне необходимо соображать, потому, пролистав мелко дрожащими пальцами карту бара, заказала эспрессо. И почти тут же:

— Девушка, вы случайно не меня ищете? — и за мой стол неожиданно сел мужик, ласково улыбаясь напряженной мне, пока официантка забирала меню.

Ухажер. Как вовремя. Прошлась по нему быстрым цепким взглядом: возраст явно зрелый, особого пафоса во внешнем облике нет, значит, на внешности не зациклен, а из этого следует, что ему не страшно ее испортить. Комплекцией, вроде бы, боженька его не обидел, это тоже очень хорошо, а в купе с тем, что подкатил сам и первый, логичный вывод: смелостью тоже не обделен, что является приоритетным и основным плюсом в моем печальном положении. Соответственно, решено, перерождаем ухажера в рыцаря:

— Я ищу спасения. — Тихо произнесла я, доверительно глядя в темные, улыбающиеся глаза, и повела подбородком в сторону выхода, где подпирал косяк лысый, неосмотрительно не проявляющий внимания к тому, что одиночество пленницы разбавили. — Готова за это спасение заплатить.

— Как жаль, что в деньгах я не нуждаюсь. — Укоризненно глядя на меня, произнёс ухажер.