Константа

Ибо:

«…за три года полмира объездили, людей без напряга содержали и с такими же как мы из разных стран на короткой ноге…»

На короткой ноге… На основе интересов… Отцы-основатели…

— Кость, какой у тебя был ник? — взволнованно от мысли, что я явно его знаю, спросила я у Анохина, уже направившегося на выход.

Он тихо рассмеялся, поворачивая ручку входной двери и, переступая порог, повернув голову в профиль, негромко произнес:

— Пацифик.

Дверь тихо закрылась, а я пыталась вдохнуть, остекленевшим взглядом глядя на дверь.

Один из основателей отечественного и СНГ кардинга. Внезапно исчезнувший из сети в две тысячи четвертом, почти сразу после организации им и его группой DDoS-атак на сервера военных баз НАТО после вступления в их ряды Словении. Рухнувшие намертво сервера. Одно из самых громких и так и не раскрытых дел…

Предполагалось, что его по тихому либо завербовали в пендосскую или отечественную кибербезопасность (одна из самых частых и безумно наивных мечт мамкиных хацкеров), либо так же по тихому с пулей слег за такую наглость (одно из самых частых исходов того времени за таких нахрапы).

Нет.

Оказалось, что его пытали в отделе за кардинг, которым он уже не занимался. Он просто вернулся в родной город подчистить хвосты, а исчез, потому что его умывал минералкой Тиса перед тем как он вошел в систему и теперь ей управлял.

Через два часа спустилась на парковку и от того, что я увидела, едва переступив порог лифта, сжалось сердце. Напротив выхода привычно один из Анохинских тонированных внедорожников, но водитель, стоящий у задней пассажирской…

— Доброе утро, Евгения Руслановна.

— Доброе, Тимур. — Закусила губы, теснее прижимая макбук и сумку, едва не выпавшие из ослабевших рук когда увидела того самого парнишку, подошедшего к нам на фудкорте и попросившего позвонить. Сейчас в отглаженных брюках и рубашке, начищенных туфлях и с таким выражением в глазах… выглядящего совершенно иным, — действительно доброе.

— Я… кофе вам взял. Правда, не знал какой. — Неуверенная улыбка и отвел взгляд. — Взял тот, что вы мне покупали.

Закрыла глаза ладонью, надавливая, чтобы подавить ненужные слезы. В этот момент не думала ни о макияже, ни о том, как выгляжу. Сердце билось где-то у горла, а в душе все переворачивалось в смятении от сильных, душащих эмоций. Убрала руку от лица и не могла отвести взгляд от стакана кофе в его дрогнувших пальцах.

Справилась с собой не сразу. Забрала стаканчик, благодарно кивнув, когда распахнул дверь. Стремительно обошел машину и сел за руль, поднимая телефон с панели, чтобы, набрав номер, кратко сообщить абоненту:

— Забрал.