Константа

Сорвано улыбнулась, слабеющими ногами сжимая его бедра сильнее, подтверждая. Миллиардные доли секунды и его разорвало."

"Сильнейшая дрожь тронувшая крепкое тело, руки, вжавшие в себя, покрывшиеся мурашками, замершее дыхание, откинутая голова и проступающие на шее вены, пока его коротило, уничтожало, вжимая в меня все сильнее. Вжимал в себя все сильнее. До отчетливой боли, физически сминающей скатывающийся собственный оргазм, но отправляя в него ментально от мощи того, что расходилось от него волнами. Бархатным всеобъемлющим окутывающим теплом, чувственным бесконечным наслаждением и глубокой, насыщенной мужской нежностью, несмотря на то, что утерян контроль над телом и физически чувствуешь иное, что кости вот-вот затрещат, но то лишь физика…

Несколько секунд и обессиленно упал сверху. Его первый вдох дрожащий, срывающийся и сухие горячие губы ошибаются, когда он попытался поцеловать меня в висок, но просто прижался ими к коже, вдыхая мой запах. И я млела от ощущения его сердцебиения, тяжелого и ускоренного, тяжести его тела, еще слабо подрагивающего. Осторожно расплел пальцы, и положил обе руки под мою спину, когда теснее обнимала его плечи, отвечая на поцелуй, на то, что было в нем. Придвинулась ближе к нему, как только отстранился, упал рядом, осознав, что мне трудно дышать. Взяв мою ладонь, поцеловал в основание, с трудом сглотнув и приоткрывая глаза.

Долго в тишине разговор без слов и его губы снова касаются основания моей ладони, когда зарывалась лицом в его шею, обнимая крепче, касаясь еще горячей кожи дрогнувшими, улыбающимися губами.

Он снова в душ, а я, обретая контроль над болидом, пялилась в потолок и задавалась риторическим вопросом — дура ли я? И если да, то почему именно?

Неделя до старта рдеющих знамен, так что, в принципе, маловероятно — это и венчало список слабых аргументов «за», когда на порыве оседлала Костю. Но то, что сейчас было в словах без слов, тут не один наркоз для совести не справится, чувствуешь себя сукой. Не сучкой, а конкретной сукой, прямо самой себе по ебальнику бы съездила, если бы не жалко было.

Хотя… чего переживать? Нормальный мужик, у меня даже подсознание за него проголосовало (нужно, кстати, провериться, но, думаю, помидоров там больше нет), к детям я нормально отношусь, если они нормальные, болид у меня здоровый. Подумаешь, пиздецы одни за другими в жизни, да? На фоне-то таких аргументов!

А вот чихуа-нихуа, — возразил ящик с помидорами, подражая Кате с пинка открывая дверь в рациональность, — одно дело в веселые старты по городам удариться вдвоем и совсем иное, когда не вдвоем.

Едва всплывшие в мыслях слова Стаса о том, что чилиться буду у друзей иногда, намертво задавлены веским — у него шеф не Костолом, которого собственные дети ненавидят.