Конфетка для мажора (СИ)

Абстрагируюсь от всего и выдаю тот обязательный минимум, который удовлетворяет Сычёва и освобождает меня от незачета.

Прощаюсь с преподавателем, находясь всё в той же прострации, перестав реагировать на вопросы. Кажется, он даже предлагает меня подвезти, но я только качаю головой и спешно покидаю аудиторию.

Автоматически переставляю ноги, каким-то чудом не забыв чемоданчик. Смартфон в кармане джинсов вибрирует, но я отключаю его, не глянув на экран. Есть ли смысл смотреть? Кто бы ни звонил, я никого не хочу слышать."

"Всё также, повинуясь слову «надо» отрабатываю номер. Если Виталий и замечает моё состояние, он ничего не говорит. Лишь подходит в финале, когда я на лентах спускаюсь вниз и советует как следует поспать. Да, поспать мне очень надо. Под глазами образовались круги, которые замажут и за маской не будет видно, конечно, но… Руки дрожат и концентрация внимания на нуле, а я не могу потерять работу.

Пресловутое не могу и должна… а так хочется свернуться калачиком и поплакать. Или прижаться к маме, вдохнуть запах выпечки и уюта и забыть обо всем, что бушует снаружи. Я научилась жить без них, но сейчас остро чувствую, насколько вдруг стала одинокой.

А если… если это подстава? Тоня не подошла ко мне сегодня, но сообщение прислала именно она. Откуда к ней попало видео? Почему именно ей? Наверное, правильно вернуть и спросить, но я бегу, перепрыгивая через нападавший снег, к остановке и врываюсь в салон автобуса одна из первых. В кармане зажата связка ключей, и сегодня я намерена ими воспользоваться. Впервые войду в ромину квартиру, не предупредив его. Зачем? Не знаю. Я не собираюсь лазить по вещам и проверять. Да что я смогла бы найти?… Я просто…

Просто хочу спросить у него. Просто спросить…

Оно того стоило?

Глава 45

Юля

Пост охраны прохожу спокойно, кивнув человеку в форме. Если честно, я не способна сейчас распознать лиц или остановиться даже для того, чтобы переброситься парой слов.

Всю дорогу меня не покидает мысль: почему Ромка так свободно оставил свои ключи? Он же не играл… или…

Или выигрыш настолько большой, что он готов был поступиться своими принципами и сблизиться с такой, как я?

Убогая…

Помню, как трясло внутри от его обращения и как хотелось со всей силы зарядить в красиво лицо. Но я также помню, как красивые губы шептали, что не могут без меня, как упоительно целовали… как крепко прижимали к себе сильные руки и сбивчивый голос убеждал не смотреть и не поворачиваться, когда мы были на кладбище.

Я всё это помню.