Конец Смуты

– Пойдемте за мной, я покажу комнату, где вы переночуете, – обратилась к ним боярышня, – за лошадей не беспокойтесь, о них позаботятся. Вашу поклажу также никто не тронет.

– Благодарю вас, добрая госпожа, – отвечал ей Фридрих, – у вас красивый дом.

– Спасибо, это терем друга моего брата. Мы тоже недавно переселились в Москву и не успели обзавестись собственным двором.

– Мы постараемся вас не стеснить.

– О, я только рада новым людям, но жена хозяина скоро родит, поэтому постарайтесь ее не беспокоить.

– Конечно, ваша милость.

– Мы пришли, вы переночуете в этой горнице. Если что-нибудь понадобится, дайте мне знать.

– Простите, госпожа, – замялась Лизхен, – я не знаю устройства русских домов. Где мне можно помыться?

– Вечером мы будем топить баню, я пришлю за тобой служанку.

– Ой, а это правда, что у вас мужчины моются вместе с женщинами?

– Правда… если это муж и жена, но у тебя ведь нет еще мужа?

– Вот и хорошо, а чистая рубашка у тебя есть?

– Прекрасно, тогда не забудь ее.

День клонился к закату, когда за Лизхен пришла служанка и знаками позвала ее с собой. В жарко натопленной бане было почти темно, поскольку свет пробивался лишь в небольшое окошко, прорубленное почти под потолком и затянутое бычьим пузырем. Вместе с госпожой и ее гостьей мылись еще служанка и две девочки, с любопытством разглядывавшие новую знакомую. Юная маркитантка никогда до того не бывала в русской бане, и ей все было любопытно. Непривычный жар и странный обычай хлестать друг друга вениками привели к тому, что девушка едва не сомлела. Но вовремя заметившая это Алена обдала ее водой из шайки и помогла выйти на воздух. Служанка скоро увела девочек, и Лизхен осталась одна с боярышней.

– Тебе нравится русская баня? – спросила Алена.

– Пожалуй, да, – смущенно улыбнулась маркитантка. – А можно что-нибудь попить?

– Ой, какой странный напиток… – поморщилась Лизхен.

– А что вы обычно пьете?

– Хм, – задумалась Алена, – про пиво я не подумала, хотя… подожди. Попробуй вот это.

С этими словами боярышня наклонилась и достала откуда-то небольшую сулею и протянула своей новой подружке.

– Пей, тебе понравится.

– Мм, вкусно!.. – почти простонала маркитантка. – А что это?

– Медовуха; пей еще, она вкусная.

Девушка не заставила просить себя дважды и с блаженной улыбкой снова приложилась к горлышку. Алена немного насмешливо посмотрела на разомлевшую немку и что-то спросила.

– Что?.. – вернулась к реальности Лизхен, не расслышав вопроса.

– Ты ведь не дочь Фридриха?

– Почему вы так говорите? – попробовала было отрицать маркитантка, но чувствуя себя обессиленной, быстро сдалась. – Да, вы правы, я сирота.

– А что случилось с твоими родителями?

– Их убили разбойники.

– Прости, я не хотела…

– Ничего, вы ведь не знали.