Конец смены

Все же она делает шаг к нему, чтобы видеть экран, где туда-сюда плавают экзотические рыбки. Когда они шевелят хвостиками, вверх идут пузырьки. Играет какая-то вроде бы знакомая мелодия.

— Видите? Это называется «Рыбалка».

А мысленно: «Он действительно сошел с ума. У него от избытка работы какой-то нервный срыв…»

— Если вы коснетесь экрана внизу, начнется игра и изменится музыка, но мне нужно от вас не это. Вам нужно только демо. Высматривайте розовых рыбок. Они появляются нечасто, но плавают быстро, будьте внимательны. Не сводите глаз с экрана.

— Доктор Бэбино, с вами все в порядке?

Это ее голос, только звучит он словно совсем издалека. Он не отвечает, только смотрит на экран. Скапелли тоже смотрит. Рыбки интересные. И музыка словно гипнотизирует. Вдруг экран вспыхивает синим. Она моргает, и вот уже рыбки возвращаются. Плавают туда-сюда. Шевелят хвостиками и поднимают тучи пузырей.

— Как только увидите розовую рыбку, жмите на нее пальцем, и появится цифра. Девять рыбок, девять цифр. Тогда у вас будет все, что надо, — и это останется между нами. Понимаете?

Она думает спросить его, надо ли эти цифры записывать — или просто запоминать, но это кажется слишком сложным, и она просто говорит: «Да».

— Хорошо. — Он дает ей гаджет. — Девять рыбок, девять цифр. Но только розовые, не забудьте.

Скапелли смотрит на экран, где плавают рыбки: красные и зеленые, зеленые и синие, синие и желтые. Они плывут в левую часть прямоугольного экрана, а затем в правую. В правую, затем в левую.

Одни выше, другие ниже.

А где же розовые? Ей нужно ловить розовых, и, когда она коснется девятерых таких, все останется позади.

Розовая! Она касается ее пальцем! Число — 11! Еще восемь остается.

Вторую рыбку она ловит тогда, когда входная дверь тихо закрывается, а третью — когда на улице заводится машина Феликса Бэбино. Женщина стоит посреди гостиной, разведя губы, словно для поцелуя, и не сводит взгляда с экрана. Цветные блики ходят по ее щекам и лбу. Ее глаза широко открыты и не моргают. Показывается четвертая рыбка, эта движется медленно, словно просится, чтобы ее поймали, но женщина стоит и не двигается.

— Приветствую вас, сестра Скапелли.

Она оглядывается и видит в своем кресле Брейди Хартсфилда. Он немного расплывается по краям, он прозрачный, но все же это он. Одет он именно в то, в чем она его видела, когда заходила к нему вечером: джинсы и рубашка в клеточку. На рубашке пуговица-значок с надписью «МЕНЯ ПОБРИЛА МЕДСЕСТРА БАРБАРА!» Но привычный всем в «Ведре» пустой взгляд Брейди исчез. Он смотрит на медсестру с живым интересом. Она помнит: ее брат так же наблюдал за своей муравьиной фермой, когда они оба были детьми в Херши, штат Пенсильвания.

Пожалуй, он — призрак: в его глазах плавают рыбки.

— Он расскажет, — говорит Хартсфилд.