Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

Линия оказалась занятой.

— Ты, милый человек, когда номер освободится, позвони, — распорядился полковник и, видимо еще под впечатлением беседы в приемной, сказал: — Вот вы, товарищ майор, человек опытный, судите сами: муж ее, Холодов, он был мастером по ремонту радиоаппаратуры, три дня назад заперся у себя в мастерской, написал прощальную записку и… повесился. Почерк его жена сама опознала, отпечатки пальцев на шкафу его, это точно: он, когда на верстак поднялся, чтобы до крюка достать, оперся рукой о шкаф. Никаких следов насилия нет. Эксперт утверждает, что смерть наступила вследствие механической асфиксии[22]. А жена твердит: «Не мог Тимофей повеситься! Не верю! Не могу поверить!»

«Холодов! Я уже слышал эту фамилию. Но где?»

Раздался резкий звонок телефона. Уманцев снял трубку.

— Да, да, жду. — И после небольшой паузы: — Коммутатор? Прошу Боровского! Да, срочно. Станислав Николаевич! Говорит полковник Уманцев. Утро доброе! Прибыл товарищ от полковника Каширина, передаю трубку.

Когда Никитин взял трубку, он услышал:

— Мне полковник звонил, я в курсе дела. Думаю, нам нужно встретиться на нейтральной почве. Сегодня в двадцать два часа я буду у полковника Уманцева.

— Благодарю вас, — ответил Никитин и, услышав лаконичное «До вечера!», положил трубку. — Боровский будет у вас, товарищ полковник, в двадцать два часа.

— Вот и отлично! Остановились, товарищ майор, в гостинице? Мы вас переведем в Дом приезжих треста «Славоградуголь», там, милый человек, вам будет удобнее.

— Спасибо, Кирилл Петрович, но хотелось бы, чтобы на меня поменьше обращали внимания.

— Понимаю. Все будет сделано. Мы на президиуме горсовета два раз слушали об улучшении работы гостиницы, а воз и ныне там! Социалистический город, а приезжему человеку…

— Простите, Кирилл Петрович, — перебил его Никитин, — у меня до двадцати двух часов много времени, если не возражаете, я бы ознакомился с делом Холодова.

— Дело в прокуратуре, сейчас затребую. Вы знали Холодова?

— О Холодове мне рассказывал товарищ, приезжавший из Славограда в Москву: самый сложный радиоприемник любой иностранной марки разберет и починит, чудо-мастер. Скажите, у Холодова не было какого-либо физического недостатка?

— У него был протез правой ноги. А почему вас это интересует?

— В одной шифровке упоминался некто «Хромой». Надо проверить.

Изучение дела Холодова заняло у Никитина два часа. Будучи не в силах преодолеть какое-то внутреннее сомнение, он отправился на квартиру Холодовых, чтобы повидаться и поговорить с Верой Павловной.

Дверь в квартиру была приоткрыта. Никитин вошел в прихожую, затем в комнату. На столе лежал тщательно выутюженный костюм, сорочка и галстук покойного.