Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

Поезд в Луцис уходил в семь пятьдесят утра, а в половине восьмого, когда Арвид и Юрий Алексеевич подошли к вагону, они увидели на перроне Конобеева, одетого в светлый летний плащ и в легкой шляпе…

«Букетика только не хватает», — подумал Арвид, несколько удивленный поступком Прохора Кузьмича. Конечно, он понимал, что Конобеев заявился в такую рань из уважений к Юрию Алексеевичу, но сие обстоятельство было и ему тоже приятно. Арвид уже прикинул, как небрежным тоном бросит он при Федоре Киевлянине: «Шеф оперативной группы лично прибыл на вокзал, чтобы тепло проститься с любимым детективом и передать ему на дорогу корзинку домашних пирожков с капустой».

— Прохор Кузьмич, — укоризненно проговорил Леденев, подходя к Конобееву, — ну зачем вы беспокоились? И поезд такой ранний… Доброе утро, Прохор Кузьмич.

— Как будто бы доброе… Маленькая дочка рано встает и отца будит. Да и не привык я поздно вставать.

— А я вот, — сказал Леденев, — когда есть возможность, люблю поспать, как говорится, до упора… И вообще сплю всегда, как младенец.

— Ну ежели так, как мой младенец, то я тебе, Юрий Алексеевич, не завидую. А ты, Карлович, выспался? И хорошо… Ну что ж, пойдемте в вагон.

Расположились в купе. Попутчиков не было. И вот по радио объявили, что осталось до отхода пять минут…

— Ну что же, — сказал Прохор Кузьмич. — Желаю вам удачи. А в назидание так и просится на язык цитата из Евангелия.

Леденев и Арвид улыбнулись.

— Чего улыбаетесь? Общение с этими сочинениями не проходит даром. Словом, «просите и дано будет вам; ищите и обрящете, стучите и отворят вам». Так, кажется, передает слова Спасителя евангелист Лука… Не правда ли, Арвид? В добрый путь! И с пустыми руками не возвращайтесь.

И несколько минут спустя они поехали в Луцис…

Принесли чай.

Арвид Казакис встрепенулся, сорвался с места, достал портфель и принялся распаковывать свертки, которыми нагрузила его Лидия Станиславовна, успевшая и стряпню соорудить, и поругать Арвида за то, что не предупредил ее о намечающемся отъезде.

— Хорошо, что вчера пирожки затеяла, — говорила она, собирая сына в дорогу. — Есть хоть что завернуть…

— Да куда же ты, мама, столько? Юрий Алексеевич увидит — смеяться будет. Тут на взвод хватит…

— Вот и хорошо. Юрий Алексеевич не смеяться, а кушать будет и меня поминать добрым словом.

Так и получилось. Леденев позавтракать не успел и с удовольствием принялся за пирожки с капустой, нахваливая искусные руки Лидии Станиславовны."

"— Моя Вера Васильевна тоже печет пирожки в дорогу, — сказал Юрий Алексеевич, принимаясь за второй стакан чая. — Это прямо-таки семейная традиция.