Антология советского детектива-16. Компиляция. Книги 1-20

Ветер с моря трепал задорные рыжие кудри.

— Не туда, не туда! — закричал Роберто носильщикам. — Операционная у нас в главном корпусе! — он повернулся к О’Патли, продолжая разговор. — До сих пор не пойму, как это в министерстве согласились отдать клинику под рабочую больницу.

— В министерстве были рады отделаться от клиники. Все очень сконфузились, узнав, что у них под боком творились такие уголовные дела. Пользуясь случаем, я намекнул через газету, что рабочие Пригорода своими жизнями заплатили за право иметь такую больницу. Сколько их здесь погибло.

— Уже после того, как судили доктора Крейде, пришлось похоронить еще двоих, — вставил Роберто. — Кстати, сегодня увезли на кладбище то, что осталось от прежнего доктора Шпиглера. Бедняга рассчитался за прошлые прегрешения тем, что вовремя умер.

— Да, вовремя, — согласился О’Патли. — Когда я под его видом пробрался в клинику, то очень боялся, что нас случайно заметят вместе. Но в этот день Шпиглер вообще не выходил из своей каморки. Я нашел его в постели. У него что-то случилось с сердцем, он умер на следующие сутки, не приходя в сознание. Мне пришлось оторвать доски в полу и целые сутки копать могилу. Хорошо, что в клинике никто не интересовался идиотом-уборщиком…

О’Патли внезапно оборвал фразу. Выражение его лица стало серьезным. Роберто взглянул на двери подъезда.

По ступенькам лестницы, с мусорным ведром в руках спускалась женщина, одетая в синий халат и грубые парусиновые туфли. Рукава ее халата были закатаны до локтей, обнажая красивые руки с длинными пальцами."

"Светлые волосы, небрежно заколотые гребенкой, взвихривались над ее бледно-синеватым отекшим лицом.

Женщина шла тихо, не поднимая глаз, не глядя ни на кого. И те, мимо, кого она проходила, поспешно отступали в сторону, не говоря ни слова. Казалось, что это идет по двору страшный призрак, одним своим видом сковывающий мысли, парализующий сознание. Мусорное ведро, покачиваясь, стукало о ее колено.

— Она пока живет здесь, — негромко сказал Роберто, — но на днях мы направим ее в больницу для душевнобольных.

— Это у нее навсегда? — спросил О’Патли.

— Да, на всю жизнь… Вам ее не жалко?

— Нет! — коротко и жестко бросил О’Патли. — Нет не жаль, — повторил он. — Но я бы с большим удовольствием увидел ее с веревкой на шее, чем с мусорным ведром в руках. Ее не стали судить только потому, что она стала душевнобольной.

— Так это же вы ее сделали такой, — Все произошло случайно. Когда она застала меня в своем кабинете, у меня в руках была ампула с вирусом. Мне некуда и некогда было ее прятать, и я сунул ампулу в графин. Очевидно, ударившись о дно, она разбилась… А вам, Роберто, я вижу, жаль ее.

— Нет, — просто ответил Роберто.