Командир штрафной роты

На помощь быстро приходила авиация, но несколько машин были сожжены. Я видел, как горели два «студебеккера», а рядом лежали тела солдат.

Конечно, наступление широким фронтом немцам не удавалось. Они вбивали клинья, где-то прорываясь вперед, а где-то останавливались, неся большие потери. Каналы Шио и Шимонторья, Адонь, Озова. Если поглядеть на карту, то к западу от озер Балатон и Веленце шли горные хребты Баконь и Вереш. Местность, где нам предстояло воевать, была равнинной, пересеченная каналами, затопленными низинами.

Роту пополнили от души — триста семьдесят человек, мой третий взвод насчитывал сто двадцать. Нам подкинули станковые пулеметы, стало больше автоматов, в запасе имелись и трофейные МП-40. Гранат и боеприпасов тоже хватало. Местность, залитая весенней водой, изрезанная многочисленными каналами. Высокие дамбы, по которым можно было пересекать затопленные места, частично заняли немцы.

Мы вырыли окопы на сухом холме, среди акаций, и нам показали объект наступления. Это была дамба недалеко от хуторка. Одна из многочисленных дорог пересекала овраг и начинающуюся следом за ней обширную низину. Не самая главная, скорее, запасная дорога, по которой немцы перебрасывали свои войска. Сплошной линии фронта в этом месте не было. Как выражаются военные, «слоеный пирог». Здесь немцы вырвались вперед и перекрыли в самом уязвимом месте проселочную, засыпанную гравием дорогу.

Дамба была длиной метров четыреста и построена много лет назад. С одной стороны — мутный глубокий пруд, с другой — затопленная низина. Воды на глаз немного, зато место открытое. Сама дамба представляла собой массивное земляное сооружение высотой в центре метров пятнадцать. Крутой склон был укреплен валунами, а через каменную трубу, похожую на туннель, с гулом вырывалась струя воды. На обочине дамбы через каждый десяток шагов росли огромные ветлы. Кустарник на склонах немцы частично вырубили. Мы разглядели траншеи, пулеметные гнезда. Дорогу, проходящую через дамбу, защищали длинноствольные 88-миллиметровые орудия. Их хорошо замаскировали, но пару штук мы засекли. Имелись наверняка и минометы. Без них фрицы не воевали.

Штрафной роте дали в подкрепление батарею дивизионных противотанковых пушек. Атаковать предстояло на рассвете. Уже через пару часов стало ясно, что дело почти безнадежное. По дороге и вдоль нее мы могли атаковать только под прикрытием танков. Но про них речь не заводили. Когда я все же спросил Малышкина, он вначале разозлился, потом устало ответил:

— Танки денег стоят. Их 88-миллиметровки за километр раздолбают. И дорога наверняка заминирована.

Продолжать разговор о том, что немецкие пушки следовало накрыть авиацией, было бы вообще глупо. Основные силы сдерживают немцев на главном направлении.