Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

Родион слышал о некой экспериментальной зоне вроде «Белого Лебедя». Там такие козлы заправляют почти всеми делами. Менты занимаются только охраной колонии, а все остальные должности занимают красноповязочники. Вот где цветет махровым цветом беспредел. Козлы знают, что ждет их на воле, и в силу этого люто ненавидят зэков. Изгаляются над ними как хотят и в хвост, и в гриву. Головы не дают поднять. До смерти забивают. Нет ничего хуже, чем попасть под такой эксперимент.

Кроме элитных козлов, по головам новичков прыгают маклеры. Это особая категория зэков из серии «купи-продай».

К Родиону тут же притерся один из них. Окинул его с ног до головы загребущим взглядом.

– Костюмчик у тебя ничего, – елейным голосом сообщил он.

– И без тебя знаю. И кроссы – супер, – усмехнулся Родион. – А еще куртка кожаная в бауле. Новенькая, фирмовая.

Барыга пустил слюну.

– Давай махнемся! – выпалил он.

– Баш на баш? А что дашь?

– Сигарет дам. Десять пачек. И чаю дам. Тоже десять…

– Засунь себе это знаешь куда?

– Ты что, не понимаешь? На складе все пропадет.

– Не пропадет. На склад казенные клифты не завезли.

– Откуда знаешь? – удивленно посмотрел на него маклер.

– От верблюда. Сам почему не в казенке? Почему в кишкатуре?

– Так это ж я.

– Я – это кто?

– Я – это я!

– Головка от кия ты, вот ты кто! Вали отсюда!

– Что?! – попытался возмутиться барыга.

Но нарвался на парализующий взгляд Родиона и вмиг обмяк.

– Я два раза не повторяю!

– Понял…

Деловар все понял. Но слинял не так быстро, как того бы хотелось. Уходя, шикнул:

– Еще пожалеешь…

Родион в ответ лишь хищно усмехнулся. Это еще не беспредел. Это всего лишь цветочки. Лето – ягодный сезон. Поэтому за ягодками не заржавеет.

Менты приняли дела новичков, и начался шмон. Контролеры шмонали с пристрастием. Глазами, как сканерами, просвечивали зэков насквозь. Ничего не утаишь.

– Деньги есть? – скорее утвердительно, чем вопросительно спросил Родиона один такой волк.

– Есть, – тихо ответил он.

И незаметно сунул ему в лапу стодолларовую купюру И при этом посмотрел на него таким взглядом, что у прапора отпала всякая охота разряжать его до последней купюры.

А ведь мог. Этим волчарам достаточно почуять запах добычи, чтобы оскалить клыки и рвать жертву на части. Но этот не рискнул связываться с Родионом. Многолетний опыт подсказал, что перед ним птица высокого полета. Он заглотил добычу и взял в оборот следующего.

После шмона – медицинский осмотр и баня.

В бане Родиона уже ждали.

Их было трое. Здоровенные лбы с бритыми затылками.

Они возникли в тот самый момент, когда Родион почти разделся, чтобы идти в моечный зал. Его вещи висели на крючке. Он оставался в одних трусах.

– Спешишь, братан? – хищно осклабился самый крупный из них.

– Угадал, – ухмыльнулся Родион.