Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

Зря он тогда его не пристрелил...

Но не надо о плохом, когда вокруг столько хорошего. Оксанка, например. Она хоть и не смотрит в его сторону. Но явно чего-то хочет...

Глеб поднялся со своего места.

– Подожди! – попытался остановить его Живчик.

– Подожду, – кивнул Глеб. – Только не здесь. А за этим вот столиком...

Он решительно подошел к Оксане.

– Привет! – развязно поздоровался.

– Где? – с пренебрежительной насмешкой спросила ее подружка Людка.

Сама Оксанка промолчала. Даже головой не кивнула в знак приветствия. С безразличным видом она смотрела куда-то мимо Глеба.

– Что где?

– Привет где?

– А-а, привет... Привет при мне...

– Покажи! – с кривой ухмылкой потребовала Людка.

Сама на пошлость нарывается.

– Я бы показал, – кивнул Глеб. – Да штаны снимать неохота... Но если ты поможешь...

Только не надо о нем так плохо думать. Это не он говорит. Это все пошляк поручик Ржевский.

Людка оторопела от такой наглости. Но Глеб на нее уже и не смотрит. Его больше волнует Оксанка.

– Оксан, дать бы тебе веслом по одному месту!

Снова поручик Ржевский отличился.

– Чего? – вытаращилась на него Оксанка.

– Веслом да по одному месту, – на бравурной ноте повторил старший сержант Ржевский... То бишь поручик Глеб Орлов...

– Зачем?

– А для поддержания разговора... Ты что, Оксанка, старых друзей не признаешь?

– А-а, это ты!

Все-таки вытащил он ее из раковины. Не зря, значит, старался поручик Ржевский.

– Я. Собственной персоной... Можно присесть?

Он сначала присел и только после этого спросил. Опять же для поддержания разговора.

– Оксан, а тебя не узнать. Говорят, ты первое место на конкурсе красоты заняла."

"– Кто говорит?

Она все еще пыталась хранить внешнее безразличие. Но это у нее плохо получалось. Она нутром заглотила порцию лести, и губы уже растягиваются в улыбке.

– Да говорят... Да я и сам это вижу. Как увидел тебя, так сразу и понял, что ты у нас королева красоты.

– Правда?

И туман из глаз исчез. Огоньки в них пляшут. Пока еще холодные, но с каждой секундой становятся все жарче.

– О, Олежек идет! – обрадовалась Людка.

И как-то странно посмотрела на Глеба.

К столику подошли два крепко накачанных парня в длиннополых куртках из очень дорогой кожи. Вообще-то, верхнюю одежду полагалось снимать. Но не для этих молодцев писались законы.

В глазах мертвенная пустота, короткие стрижки, тяжелые челюсти, желваки где-то аж на загривках пузырятся. Мощные борцовские шеи украшали тяжелые золотые цепи.

– Привет, чувихи!

Да, эти парни, похоже, совсем недавно институт культуры закончили. Ну, очень культурные у них разговоры. Заслушаешься.

– Олежек! Ты прелесть! – растаяла Людка.

Она поднялась со своего места. Потянулась к парню, поцеловала его в щеку. Ответного поцелуя не дождалась. Но это, похоже, нисколько ее не смутило.