Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

Справа от входа два «удовольствия» в одном флаконе – «чаша Ганна» и умывальник, отгороженные самодельной занавеской. Слева тумба с телевизором. А все остальное пространство занимал народ.

Людей было не так уж и много. Человек двадцать. Наблюдались свободные места. Все правильно, это обычные «хаты» переполнены. А для «бэсов» в этом плане существуют льготы.

Он знал, что тюрьма живет по блатным законам. И как это ни странно, у заключенных ментов быт складывался по тем же законам, с той лишь разницей, что извращений и беспредела здесь было не в пример меньше.

На Кирилла никто не обратил внимания. Он мог бы пройти в глубь камеры, занять свободное место. Но он терпеливо ждал, когда к нему подойдет сам смотрящий или кто-то из его приближенных.

Минут через пять к нему подошел постоялец. Совсем молодой парень. Но было видно, что в камере он пользуется авторитетом.

Какое-то время он рассматривал его жестким внимательным взглядом. Как будто нутро его насквозь хотел просветить. Это ему не удалось. Кирилл умел держать взгляд и не пустил чужака внутрь.

– Ну, садись, – с едва уловимой досадой в голосе сказал парень.

– Так я ж вроде уже сел, – глазами усмехнулся Кирилл.

– Тогда присядь...

Они сели за дощатый, грубо сколоченный стол.

– Ну, объявляйся, – сказал парень. – По какой делюге к нам въехал?

Его речь была обильно смазана тюремным жаргоном. Но это неудивительно. Менты тоже умеют ботать по фене. И, оказавшись в неволе, применяют свои навыки на практике.

– Сто восьмая, часть первая...

Кирилл назвал статью и для убедительности показал титульный лист обвинения.

Парень глянул на документ, с непонятным недоумением посмотрел на Кирилла:

– Я не понял, ты чо, мент?

Ну вот, началось... Кирилл знал, что и в ментовских камерах существует целая система розыгрышей. Там ведь тоже скучно, как и в обыкновенных камерах. И люди тоже хотят развлекаться. Для этого и придумываются всякого рода «мульки» и «разводки».

– Ну, мент, ну и что? – усмехнулся Кирилл.

Сейчас нужно проявить твердость характера. Тогда ни у кого не возникнет желания играть с ним в глупые игры. И все вопросы сами по себе отпадут.

– А ты что, чем-то недоволен? – жестко спросил он. – Ты хочешь предъявить мне, что я мент? Давай предъявляй! Говори слова, а я тебе отвечу.

Он всем своим видом давал понять, что за гнилой базар придется отвечать по всей строгости. Только его грозный вид не произвел никакого впечатления.

Парень поднялся со своего места, повернулся лицом к народу. И громко объявил:

– Братва, а к нам мусор заехал!

Произнесено это было буднично просто. И в то же время в его словах сквозила ледяная ненависть к ментовскому племени.

Кирилл вдруг понял, что это не игра. Понял, что все очень и очень серьезно.