Колычев. Циклы детективов. Романы 1-44

– Само большее – уволит. А мне тут все уже обрыдло…

Молодой парнишка. Года двадцать два от силы. В этом возрасте особо остро воспринимается любого рода несправедливость. Потому и заступился он за Родиона, поэтому и вытащил из дерьма. Значит, не такая уж это гнойная зона.

Еще не поздно ставить припарки.

– Если уволит – не беда, – решил Родион. – Я тебе протекцию составлю. В Москве будешь работать, в престижной конторе. Тысячу долларов в месяц будешь получать…

– И меня тогда сразу оформляй, – послышался голос от двери.

В коридоре стоял второй пупкарь. Ушами прапорщик был в карцере, а глазами предупреждал появление начальства.

– Калугин мне жизни не даст…

– Есть хорошее место. Охранное агентство. Работа непыльная, и та же штука баксов…

Родион не мог знать точно, спонтанно подписались за него пупкари или корысти ради. Но, по-любому, он зависел от них. И дальше нуждался в их помощи. Поэтому готов был на многое, чтобы оставить их на своей стороне. А возможности у него для этого немалые.

– Не врешь?

– Не вру.

Родион умел говорить так, чтобы ему верили без всяких клятв. И пупкари ему поверили.

– А если не хотите ехать в Москву, можете здесь остаться – на своих местах. Я вам по двадцать пять штук баксов отстегну. Только помогите…

– А мы разве тебе не помогли? – продолжая «сканировать» пространство коридора, спросил прапор.

– По сорок штук… Но с условием. Мне нужен сотовый телефон. Прямо сейчас. И время…

Восемьдесят штук баксов – неслабые бабки. Но честь дороже. А эти люди вытащили его из-под петушиного пресса.

И, возможно, будут помогать дальше. Так что они достойны и больших денег. Но как их добыть, эти деньги? У Родиона был план. Для его осуществления нужна прямая связь с волей.

– Будет тебе телефон, – после недолгого раздумья кивнул прапор. – Прямо сейчас…

Теперь Родион ясно видел свет в конце могильного тоннеля.

Глава пятая

У Полыханова была привычка. Когда он волновался, зубы тянулись к пальцам правой руки. При очень сильном волнении он грыз ноготь большого пальца, при слабом – доставалось мизинцу. Это смешно, когда такой крутой мэн, как начальник колонии, слюнявит пальцы. Поэтому в присутствии Грибка он сдерживался. Но было видно, что средний палец просится на клык.

О дурной привычке хозяина знали немногие. Грибок в их числе. Поэтому сейчас он мог определить, насколько сильно волнуется Полыханов. Средний палец – нервозность средней степени тяжести. А причины для этого есть. Грибок уже знал о неприятностях с законником.

– Значит, не продырявили бродягу, – сумрачно изрек он. – Что у вас там не срослось?

– Я же говорю, инспектора его отбили.

– Непорядок.

– Да нет, как раз-то здесь порядок и присутствует. Инспектора обязаны были отреагировать на беспорядок в камере изолятора.