Когти власти

Собственные когти казались грубыми и неуклюжими и не могли справиться с застёжкой. В конце концов серьги вообще выпали из лап, и их занесло течением в морскую траву, устилавшую пол общей спальни.

Братья насмешливо наблюдали, как Карапакс ползает в поисках. Одну серьгу он нашёл, другую водоросли будто проглотили.

«Давай, старайся! – подмигнул Спрут светящимися чешуйками. – Клянусь китовыми потрохами, у тебя щупальца вместо лап.»

«Пока, увидимся на балу!» – Синь помахал лапой, выплывая в дворцовый коридор.

«Если успеешь найти», – ехидно добавил Спрут, пуская пузыри от смеха.

Карапакс обиженно глянул на оставшуюся серьгу, зажатую в когтях.

– Ар-р-р! – в бешенстве и отчаянии зарычал он. – Ну-ка, живо, сама на место!

И замер в изумлении: золотое кольцо с жемчужиной внезапно дёрнулось, вырываясь из лапы, и рванулось вверх. Раздался щелчок, и в следующий миг ухо отяжелело. Карапакс глянул в зеркало: серьга висела на месте, в точности там, где положено.

Ну и ну!

Его охватил ужас, смешанный с восторгом. Объяснение случившемуся могло быть только одно.

Историю Альбатроса ему уже приходилось слышать. Конец её был ужасен. В свитках о старых временах, однако, упоминались и другие морские дракоманты, такие как Глубин, которые обращались со своим даром осторожнее, и им повезло больше. Карапакс не раз задавался вопросом, как бы он сам вёл себя, обладая такой властью, и каково это вообще.

Первым делом он решил удостовериться, что не ошибся. Одна из стен спальни была отделана кораллами, и небольшая веточка давно уже торчала надломленной. Дракончик осторожно оторвал её, сжал в когтях и произнёс про себя:

«Пусть этот кусочек коралла помогает мне найти то, что я ищу!»

С сомнением глянув на веточку, которая ничуть не изменилась с виду, он добавил, мигая полосками на боках:"

"«Ищи другую серьгу!»

Он едва успел задуматься, понимает ли коралл морской язык, как алая веточка вдруг задёргалась в когтях и потянула вниз, к полу. Тянула и тянула, пока не уткнулась в скрытое травой золотое кольцо, и лишь тогда успокоилась.

Тот момент в жизни Карапакса, наверное, был самым счастливым. Потом всё становилось хуже и хуже. Но тогда… Он дракомант, настоящий! Посмотрим теперь, кто над кем посмеётся! Да и мать с отцом не смогут не заметить такого сына. Сейчас он ворвётся и объявит о себе прямо на балу, и весь дворец сбежится на него посмотреть!

Последняя мысль немного пугала. Чего захотят драконы, чего потребуют? А вдруг на этот раз не получится, что тогда про него подумают?

Он помнил, что в свитках драконы с особыми способностями проявляли их впервые по-разному. От этого зависело даже, герой ты или злодей. Самые лучшие показывали себя в тот момент, когда были нужнее всего, но никто от них ничего чудесного не ожидал.