Кофе, кот, мужчины и я

А у дизайнеров к Новому году такой же чес, как у поп-звезд по корпоративам.

Утром — достаточно поздним утром — я стояла под душем и анализировала вчерашний вечер.

Вечер однозначно удался и доставил массу удовольствия. Если вынести за скобки его неудачное начало. И повторить можно. Но…

Мысль о том, что надо просто привыкнуть, я отмела как несостоятельную. Юрка — отличный парень, веселый, добрый. Такой же ходячий позитив, как и я. Дружить мы вполне можем, а вот что-то большее вряд ли получится.

Это, конечно, был тонкий вопрос — может ли женщина в принципе дружить с мужчиной. Мы с Лидкой как-то обсуждали это и пришли к выводу, что может, но в этой дружбе все равно будет немножко эротического интереса. Так, самая капелька перчика, чтобы не было слишком пресно.

Пришел Валик, послушал наши философские измышления и внес свою лепту.

Это, сказал он, как подсевший аккумулятор. Ток есть, а чтобы завести двигатель, не хватает. Вот ты, Сонька, мне нравишься как женщина… эй, хватит щипаться, гусыня! Нравишься, но не настолько, чтобы чего-то там замутить. Поэтому я вполне могу с тобой дружить.

Вот и с Юркой так. Он тоже вполне мне нравился. И как мужчина отвращения не вызывал. Но искры для завода двигателя не хватало.

Это даже грустно не было. И я надеялась, что он понял все правильно.

В кофе я капнула миндальной эссенции и положила сушеную вишню. Процедила — получилось вполне так амаретто. Кофе, монгольские носки, клен за окном и кот рядом. Для него это тоже стало ритуалом: запрыгивать на диванчик, когда я сижу там. А скоро в этот набор добавится снег.

— Все, пошли работать, — сказала я Пиксу, помыв кружку.

Точнее, сполоснув. Я свято верила в то, что кофейную кружку до скрипа мыть нельзя, у нее на стенках должен быть налет — для нажористости. Мама обещала мне смерть от кишечной инфекции, но я прочитала, что в индивидуальной кружке живет только микрофлора хозяина, для него не опасная. Может, это была и неправда, но меня она вполне устраивала. Тем более гостевые кружки и чашки были идеально чистыми.

Пикс посмотрел скептически и зевнул, продемонстрировав новенькие клыки.

Не царское это дело — работать, Соня. Работать должны рабы. Чтобы у котика были вкусняшки и игрушки. Так что да, иди работай. Солнце уже высоко.

Солнца никакого на самом деле не было. Питер накрыло большой серой тучей. Тучу пучило. Я надеялась, что снегом, а не дождем. Пора бы уже.

Рабочий процесс взорвал звонок Лиды. Вчера я написала ей, что иду в клуб с соседом, и теперь она требовала отчета. Я подробно отчиталась.

— Печально, — вздохнула она.

— Чего печального-то? — прижав телефон ухом, я, чтобы не терять времени зря, подравнивала ноготь лиловым бафиком.

— Печально, что не заискрило.

— Печально было бы, если бы он оказался конченым мудаком.