Кодекс Крови. Книга ХIII

Комаро успокаивал Винограда, осторожно намекая, что им самим Эсфес ничем не грозит.

— Конечно, не грозит. Кому мы нужны со своими скудными родами, — шелестел листьями куст Винограда.

— Не скажи, вон, мой род же вы в Италии вырезали, ты и Чёрный Единорог, — не забыл припомнить другу обиду Комаро.

— Ты мне до самого возвышения теперь будешь об этом напоминать⁈ — дежурно возмутился Виноград. — Да в спячку я впал тогда. Отдыхал. Вообще ни сном, ни духом об этом.

— Знаю я эту твою спячку! Хуже кошака на Валериану повёлся, — покачал головой друг. — У него, понимаешь ли, любовь была, а у меня самый перспективный род уничтожили!

— Я вас уничтожу! — с диким клекотом пронеслась над ними тень огромной птицы. — Вы — ничтожества! Я лишу вас всего! Я сделаю вас смертными!

«Ничего себе у Кречета все ментальные тормоза слетели», — с удивлением подумал Комаро.

— А ты ничего не попутал? — спокойно отреагировал Виноград. — И это в преддверии появления чужого бога? Сам свою коалицию разваливаешь?

— Чужаки — это одно! Но ты… — огромный птичий коготь приземлившейся птицы уткнулся в грудь дендроида, вдруг ставшего с ним одного размера. — Как ты посмел уничтожить результаты работы моего рода?

— А ты думал, я буду молча смотреть, как ты на изнанке моего рода устроил свои проклятые эксперименты? — Виноград сразу понял, о чём речь, ведь Кирана поделилась успехом разработанной ими операции.

— Это не твоя забота! — ярился Кречет, пытаясь когтями выдрать лозы из груди дендроида.

— Ошибаешься! — из денроида выстрелило сразу несколько лоз, сплетая вокруг Кречета гибкую клетку и подбираясь к лапам и крыльям. — Это мой род! И только я решаю его судьбу. Не втягивай меня и моих людей в свои грязные дела!

— Ты ответишь за это! — проклекотал Кречет и вспышкой сжёг свою клетку, вырываясь в небо.

— Это мы ещё посмотрим, — почти хором ответили Комаро и Виноград, провожая взглядами покровителя императорской семьи.

* * *Мне предстоял разговор с Ольгой, когда со мной связались из столичного особняка Комариных:

«Михаил Юрьевич, здесь доставили экстренную посылку лично для вас», — уведомил меня камердинер.

«От кого?»

«Эреде принчипеско Микаэле дель Ува», — пришёл ответ.

«Оставь в кабинете», — отдал я приказ и следом открыл портал туда.

С учётом обстоятельств нашей последней встречи я решил сходить в столицу забрать посылку.

Посылка выглядела как обычный конверт не больше моей ладони размером, но была запечатана личной печатью наследника княжеского рода дель Ува и моего тёзки по совместительству.

На всякий случай конверт я вскрывал, совершив частичный оборот. Мало ли, вдруг наследника пытали, и он сдал нас с потрохами? Могли и в конверт подложить что-то взрывное. Опыт со свадьбы был. Там чего только не дарили.