Княжна

— Ты светлая княжна Мстислава?!

— Княгиня! — рыкнул Боян, появившийся вслед за Сигуртом.

— Княгиня. Светлая княгиня. Пожалуйста, ей всего две седмицы. Не дай ей сгинуть. Пощади её. — Она протянула плачущего ребёнка Мстиславе. — Я прощу тебя, светлая княгиня.

— Зачем? Весь род Радогоста должен сгинуть. — Ответила Мстислава. — Ему больше не место на этой земле. Зачем мне спасать его выбл…ка?

— Я прошу тебя, она совсем ещё кроха.

— Мстиша. — Сказал я, глядя на молодую княгиню радимичей. — Возьми ребёнка. — Потом перевёл взгляд на жену. Мстислава смотрела на меня непонимающе. — Возьми, душа моя. Так нужно.

— Хорошо, муж мой. Вторуша, возьми ребёнка.

К княгине радимичей подбежал мой оруженосец. За его спиной висела винтовка. Она взял сверток с ребёнком и отошёл.

— Ты Ярослав! — Прохрипел Радогост. Я смотрел ему в глаза.

— Я. И я пришёл к тебе требовать плату. И за моего тестя и за мою жену, которую вы гнали как дикого зверя. И за город, который стал моим. Златоград. И я возьму эту плату. Радогост, здесь уже всё моё. Ты прошлое, я настоящее и будущее.

— Брат! — Крикнул Сигурт. — Ты закончил с этой сучкой?

— Закончил. Ты знаешь, что делать. Где его дети? Старшие?

— Двух сыновей уже убили. С дочерьми веселяться хирдманы и твои кмети. Эта моя!

— Твоя. Но ты знаешь что делать?

— Знаю. К утру она не выживет. Мы же ведь до утра?

— Мы здесь на пару-тройку дней! Так что расслабляйся.

Викинг засмеялся. Толкнул женщину в спину.

— Руками упёрлась. Живо.

Княгиня уперлась руками в снег. Раздался треск её платья и остатки повисли на ней, обнажая спину, ягодицы.

— Посмотрим какая кобылка у конунга радимичей. — Засмеялся викинг. Дружинники из нашей охраны, засмеялись. Стали выкрикивать сальные шутки, советовать и комментировать происходящее. Женщина закричала от боли. Радогост заплакал лежа на земле и уткнулся в снег. Один из воинов подбежал к нему и, схватив за волосы, поднял его голову.

— Смотри князь. Ты должен смотреть. — Это был Храбр. — Не закрывай глаза. Иначе я тебе веки вырежу. Тварь.

Всё правильно. При осаде Златограда у него убили подло в спину двух сыновей. Совсем ещё юнаков. Он горел жаждой мщения.

— Мстиша, пошли в терем.

— Да, ладо мой. — Она смотрела как насилуют молодую княжну. Потом отвернулась и спрыгнула с кобылки.

Вперёд нас ломанулись с пяток дружинников проверяя нет ли кого с оружием. Мы зашли в терем, в большую палату. Там стоял на возвышении трон. Вернее высокое княжье седалище. А по сути, стул с высокой спинкой. Но красиво инструктированный.

— Княже! — тоскливым голосом обратился ко мне Вторуша. — Что мне делать. Она орёт! — Ребёнок плакал.

— Позови Бояна. — Сказал я одному из дружинников. Когда появился боярин велел ему. — Боян, пусть кто-нибудь из кметей найдёт кормилицу.