Княжий человек

– Но железом мы ещё позвеним, племянничек, чую я кровушку, чую. Не знаю только где. Может, в самом деле погибну я славной смертью, а не буду в постели дряхлеть.

– Будет с тебя, старший, об Ирии мечтать, ты мне ещё здесь нужен.

– Вот-вот, о чём и речь. Куда вы все без меня тут денетесь, цуцики бестолковые?

Воислав захохотал.

– Не знаю, как по мне, хоть и можно ждать любой пакости от Добрыни, но тянет меня в ту сторону. Нужно туда сплавать – и всё. Возможно, Бог мне это подсказывает.

– Если твой Бог этого хочет, то хорошо, значит, мы будем под его защитой, но руки на мечах всегда держать надо.

– Это само собой, я не отрок, дядя, – по-доброму отозвался Воислав.

– Кто вас, христиан, поймёт. Но перед походом всё равно напомни своему Богу о себе, жертву ему принеси, попроси, чтоб помог, если мы для него поплывём.

– Обязательно попрошу, – ухмыльнулся батька обережников.

Данила и Клек, недовольные от долбаной неизвестности и от того, что их оторвали от приятного занятия, нашли Путяту. Купец, набравшийся в зюзю, вроде как был даже рад, что Воислав стал человеком Добрыни. Обережники оставили его протрезветь до утра. Батька и кормчий вернулись заполночь, рассказывать ничего не стали, только обронили:

– Всё нормально, спите. Завтра, как все соберутся, объявим, как всё есть.

Две ладьи Путяты появились на рассвете, пришвартовались возле «Лебёдушки». Эти места купец специально «забронировал» по приезде.

– Здрав будете! – радостно закричал с носа Шибрида. – Какие у вас дела?

– Да уж дела, – ответил ему Клек. – Слезайте быстрей. Батька на совет зовёт.

На собрании присутствовали все обережники. Воислав им всё и рассказал: и про щедрое предложение Добрыни ещё весной в Новгороде, и про то, как он отказался от этого приглашения, а потом решил всё-таки согласиться, чтобы не рисковать в споре с Асбьёрном. И что теперь их решили всех отправить в Булгарию с особой миссией.

– Это что же, мы теперь станем княжьей Русью? – спросил Скорохват.

Данила, конечно, удивился, но не сильно: он предполагал что-то подобное с момента суда в Смоленске. Воислав после него переговорил обо всём со старшими обережниками, но остальных охранников в известность тогда не поставили. Но всё-таки, как классно разведка поставлена у Добрыни! «Лебёдушка» едва ли не первой из Новгорода в Киев пришла, а дядька Владимира уже всё знал. Опасный человек – если он про тебя всё знает, то и в любой момент за горло схватить может. Отчасти так и вышло.

– Русью? – спросил Воислав. – Нет. Присягать Владимиру буду только я, а там уж каждый пусть сам решает.

– А Путята что же? Тоже княжьим человеком станет? – спросил Ломята.

– Ты за меня не беспокойся, – ответил купец, он тоже присутствовал на совете. – Я как был в Словенской сотне, так и останусь.