Княжич варяжский

Такой взрослый дядя, а так легко повелся.

Сергей глянул через плечо:

— Глядите-ка! Как женовидный ротиком беззубым нам плямкает. Верно, прельстить хочет? Не повезло сучке. У нас по этой части никого нет, — произнес он по-нурмански.

Дружинники грохнули. Хорошая шутка помогает сбросить напряжение.

— Что, что он сказал? — воскликнул кто-то в толпе новгородцев.

— А ну стой, щенок варяжский! — заорал Левота. — Стой, трус, кусок дерьма!

Мар недовольно ржанул, когда всадник заставил его развернуться на месте.

— Может, я и ошибся, — произнес Сергей во внезапно наступившей тишине. — Может, в тебе, Левота, осталось чуток храбрости. Что ж… — Сергей с ловкостью степняка стек с седла на мощенную деревом землю. — Ты и я. И пусть боги решат, кому из нас уйти за Кромку!

Ой! Не ожидал, боярин? Точно не ожидал. А надо думать, что орешь. Тем более — публично. Не выйдешь — конец твоему авторитету. Даже здесь, среди своих, не говоря уже о неревских."

"Левота замешкался. Управляться с оружием он умел, и неплохо. Но как-то уже привык, что рискуют другие, а он только прибирает победные трофеи.

Народ безмолвствовал. Сергей чувствовал, как нарастает напряжение.

С какой стороны ни посмотри, он был здесь чужаком, а Левота — своим. Однако брошенные Сергеем обвинения затрагивали всех. Если твой лидер не держит слова, если он предает своих… Да ну нафиг такого лидера! Изрядная толпа, заполонившая улицу с двух сторон, с напряженным вниманием ожидала, как поступит Левота. Он ответно обвинил чужака в трусости, тот предложил божий суд… А боярин молчал.

— Ну я так и думал, — сказал Сергей и положил руку на седло, собираясь вскочить на коня.

— Божий суд! — Это сказал не Левота, а его отец. — По нашему новгородскому обычаю. Без железа!

Интересный вариант. Неожиданный. Хотя… Почему бы и нет? Да, новгородцы все поголовно кулачники. Левота наверняка тоже. И правила боя здесь гибкие. Например, можно пользоваться дубинкой. И кистенем, если шар деревянный.

— Добро! — согласился Сергей. — У нас, варягов, другой обычай, но я сейчас в Новом городе и готов оказать вам, люди новгородские, уважение! Будем биться тем оружием, с которым родились!

Он снял воинский пояс и передал его Милошу. Снял шлем. Потом шубу. С помощью Наслава стянул через голову бронь, оставшись в вязаной подкольчужной рубахе.

— Выходи, беззубая шавка! — позвал Сергей. — Я тебе и лапки переломаю, и зубки оставшиеся вышибу! Будешь ползать, тявкать и юшку сосать!

— Жди, щенок! — крикнул Левота. — Ты у меня вообще ходить не будешь! Только под себя!

Эко взбодрился. Решил, надо полагать, что в рукопашной сделает Сергея запросто.

— Вечно ты вперед лезешь, — проворчал Дёрруд. — Там, где и не надо. Вот зачем это?

— А я тебе не говорил разве? — Сергей снял перчатки, закатал рукава рубахи.