Князь Барятинский 7. Воины света

Сказал, что вы не принадлежите нашему миру. Это правда?

Если бы вопрос был задан иначе, солгать императору я бы не сумел. Но вопрос прозвучал именно так, как прозвучал, и я ответил абсолютно честно:

— Нет. Неправда. Мой дом — здесь. И, кем бы я ни был, этому миру принадлежу целиком и полностью.

— Это всё, что я хотел от вас услышать. — Булава из рук императора исчезла.

Он подошёл к упавшему Мишелю, опустился на колено рядом с ним. Сказал Витману:

— Хорошая маскировка. На визуальном уровне — даже я не в состоянии различить подделку. Однако магический уровень, окраска магии этого мальчика — совершенно иная, чем у Бориса. Имейте это в виду, господин Витман. Возможно, в будущем пригодится.

— Непременно учту, — поклонился Витман. — Благодарю вас, Ваше величество.

Император шевельнул ладонью. Мишель застонал и пошевелился. Мы с Витманом бросились к Кристине.

Витман бережно приподнял дочь, положил её голову к себе на колени. Кристина открыла глаза.

— Всё хорошо, милая, — сказал Витман. — Ты справилась.

— Это… — пробормотала Кристина. — Это ведь не…

— Нет! Конечно же, нет. Это был Юнг.

— Вы его поймали?

— Увы. Но это — лишь вопрос времени…

— Которое я предлагаю не терять, господин Витман, — Император, убедившись, что Мишель жив, поднялся. — Насколько я понимаю, ни вы, ни господин Барятинский понятия не имеете, что там ещё на уме у этого мерзавца — который только что на наших глазах ушёл порталом неизвестно куда! Где мой сын?

* * *— И почему у меня такое плохое предчувствие? — пробормотала Кристина.

Она сидела рядом со мной на заднем сиденье автомобиля. Оставаться во дворце, под присмотром целителей, отказалась наотрез — объявила, что прекрасно себя чувствует.

Витман в ответ на это недовольно покачал головой, однако спорить с дочерью не стал. Император был настроен весьма решительно, он не простил бы ни секунды промедления. И теперь Витман, хмурый и молчаливый, самолично сидел за рулём своего служебного авто, а сзади, спереди и вокруг этого авто ехал эскорт. Впечатление и вправду было тягостным — как будто нас сопровождали на расстрел.

— Всё будет нормально, — сказал я, глядя в окно.

— Откуда у тебя такая уверенность? Пока что всё шло из рук вон плохо.

— Мы живы — раз.

— Это может быть ненадолго, — тут же возразила Кристина.

— Мы подтвердили личность Локонте — два, — продолжил я. — Больше того — император теперь знает правду. И не с наших слов, он видел всё своими глазами. Больше в его доме этой крысы нет и не будет.

— Рада за императора…

Я повернул голову и посмотрел на Кристину. Участливо спросил:

— Это Ментальная блокада на тебя так повлияла? До тебя действительно не доходит главное?

— Что? — пожала плечами она.

— Мы убили его.