Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Однако отошлет он их больше, чтобы весть наверняка дошла до каждого из оставшихся городов, чьи жители также решили сопротивляться.

Весть – коротка.

Я приближаюсь во гневе.

На третий день тела едва помещаются в храме, достигнув высоты в тридцать футов, и, хотя раны их не кровавят слишком обильно, по ступеням, ведущим в храм, течет темный ручей.

Они заканчивают одновременно с закатом. Тридцать тысяч ударов чеканами. Тридцать тысяч тел, наполнивших храм Госпожи Войны почти под крышу. Он чувствует усталость. Три дня и две ночи он непрерывно поддерживает своих людей Волей, сжимает их железной хваткой, поднимая их ярость и дух. Хуже всего – с детьми, приходится силой ломать сопротивление воинов, назначенных для казни, чтобы те поднимали и опускали оружие.

Выезжая из города, освобождая клейменных пленников, воины его каждому из них вручают коня и весть для передачи его слова остальным.

Он ставит лагерь под стенами. Ложится спать под охраной сосудов. Когда засыпает, ослабляет кольца Воли.

Утром сто двадцать его человек – мертвы. Перерезали себе вены, упали на мечи.

У выживших вместо душ – горстки пепла. В ближайшей битве придется ставить их в первых рядах.

Боль взорвалась слева, словно к боку его прижалась медуза и обхватила щупальцами туловище Альтсина. Он не стал сдерживаться, выплюнул стон сквозь стиснутые зубы, добавил всхлип, отчаянно хватая ртом воздух. Альтсин почти перестал чувствовать ноги, колени его подогнулись и внезапно ударили в мостовую.

Его не стали придерживать. Худо. Сейчас примутся пинать.

Неважно. Главное, что он уже не ходил улицами чужого города по щиколотку в крови.

– Ну… от, сра… ста… учше. – Голос доносился сверху, едва различимый сквозь шум крови в ушах: – …А …ленях, …ак и должно. Подними голову.

Он не послушался сразу, а потому чья-то ладонь ухватила его за волосы и вздернула голову вверх.

– Так лучше. – Улыбка Хундера была такой же, как несколько минут назад. – Ты ведь наверняка подумал, что Асх ударил тебя кастетом, верно? Но нет. Кастет он надевает, когда желает кого-то убить. Как ребра?

Сломаны. Как минимум, два. Дышать больно, словно кто-то воткнул ему меж ребер тупой колышек.

– Полагаю, что сломаны, как минимум, два. Но на самом деле это был не сильный удар, Асх даже не отступил, чтобы взять серьезный размах. Так-то вот. Я получил поручение тебя не убивать, пока не пойму, что ты не сумеешь нам пригодиться. Начнем с того, что ты сможешь подняться. Если не встанешь на ноги, пока я сосчитаю до десяти, парни чуток измажут себе сапоги. Раз, два, три…"

"И быстро же считал, сукин сын, совершенно не делая скидок, «четыре» раздалось, когда вор уперся ладонями, чтобы не рухнуть носом в землю, «пять», «шесть» и «семь» слились чуть ли не в одно слово.