Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Но остальные… Кровавый Кахелле просит, чтобы ты освободила и согласилась на возвращение домой тех рабов, кто этого пожелает. И чтобы позволила ему закончить дело с Хантаром Сехравином. Он жаждет мести за нападение на свой лагерь и за огонь, который поглотил сотни жизней. Покончив с гегхийцами, он хочет вести переговоры с тобой.

Владычица Белого Коноверина неожиданно откинулась и расхохоталась. В зале воцарилось замешательство. Не такой реакции они ждали после сообщения генерала.

А когда она закончила смеяться, ее очередные слова были словно отравленные стрелы, втыкающиеся в сердце:

— Генерал… ох, генерал. Наверняка с того времени, как ты покинул лагерь рабов, ты двигался проселками и не получал никаких известий, верно? Подумать только, я всерьез полагала, что ты принесешь хотя бы шанс на мир, что Кахель-сав-Кирху отослал тебя с предложением мира или хотя бы с просьбой, чтобы мы начали такие переговоры. Но он уже много дней осаждает Помве. Да, я знаю, что у него для этого серьезная причина, но уверяю тебя, что его интересует только город с его запасами продовольствия и оружия. Он и не думал ударить по лагерю гегхийцев. Выставил тебя дураком, дорогой генерал, отправив с посольством, которое совершенно бессмысленно. Может, он надеялся, что, когда ты представишь мне его, — Деана легкомысленно махнула рукой, — «предложение», я не стану так спешить и у него окажется время, чтобы захватить Помве? А может, рассчитывал на то, что если захватит город, а ты изложишь мне это дурацкое требование, то я от злости прикажу тебя убить? В конце концов, я же просто варварская дикарка. А? Не имел смелости сделать этого сам, но, если бы Белый Коноверин измазал руки кровью Генно Ласкольника, Империя бы никогда нам этого не простила.

Госпожа Ока резко встала и оперла ладони в стол."

"— Полагаешь, генерал, что мне не открыта душа Кровавого Кахелле? Он знает, что, когда победит мою армию, ничто и никто на юге не сумеет ему противостоять. Гегхийцы разбиты, Камбехия — в хаосе, а три оставшихся княжества падут перед ним на колени, едва он топнет ногой.

Она отошла от стола и двинулась вокруг него, выстреливая из себя слова так быстро, что порой ее едва удавалось понять:

— Его амбиции росли с каждой победой. И если он знаком с историей Дальнего Юга, то знает, что однажды уже случилось, что взбунтовавшиеся рабы смели старый порядок и установили новый. Я говорю о Родах Войны. О солдатах-рабах, которые тысячу лет назад вместе с жрецами Агара посадили на трон властелина-марионетку и начали всю эту истерию насчет чистоты крови и вхождения в Око. А раньше тут почитали Баэльта’Матран.