Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Я пришел просить о помощи, поскольку княжеству она требуется больше, чем когда-либо ранее. И я полагаю, что нынче я — в верном месте.

Он демонстративно осмотрелся.

Комната, где они встретились, могла бы оказаться в княжеском дворце — и тогда остальные его помещения захлопнули бы от стыда окна и двери. Пол в этом огромном, словно вольер для слонов, зале был выложен плитами ляпис-лазури, чью синеву пронизывали полосы туманной белизны, отполированными так, что казалось, будто идешь по замерзшему горному озеру. Розовый мрамор на стенах сверкал, отражая свет, падающий из дюжины высоких, до потолка, окон, а сам потолок, покрытый мозаикой из перламутровой массы и золочеными рельефами, находился футах в пятнадцати над головой.

Богатство. Но — приметное только тем, кто умел его оценить. Простак из села заметил бы только прекрасно отполированный синий пол, розовые стены и блестящий в солнечных лучах потолок — и был бы разочарован отсутствием светильников, усаженных бриллиантами, гобеленов, вышитых золотой нитью, хрустальных канделябров и отряда стражников в начищенных до блеска доспехах. А ведь именно такого можно было ожидать в сердце Горнодобывающей Компании Южных Магархов.

Но некто похожий на Эвикиата умел оценить и мрамор на стенах — мрамор, добываемый на Дальнем Юге, — и стоимость перламутровой массы над головой и стекол, оправленных в окна шириной в двадцать и высотой в шестьдесят дюймов. Стекла доставляли из Империи, поскольку только тамошние мастера умели изготавливать стеклянные плиты такого размера. Насколько знал Эвикиат, пока что все попытки выкрасть их секрет результатов не принесли.

Уже за одно это он мог бы выставить, вооружить и удерживать как минимум год десяток Котлов Буйволов. И все оно было лишь жалкими медяками по сравнению со стоимостью пола, по которому они шли.

Плиты ляпис-лазури такого размера добывали только в одном месте в мире. Далеко на западе, в землях черных племен. Доставить их сюда, разрезать и выложить так, как они лежали на полу, стоило столько, что дешевле было бы использовать для этого золотые самородки.

Банкиры, магистры купеческих цехов, торговцы рабами — люди, которые понимают стоимость денег, — приходя сюда решать дела, смотрели на эти стены, большие окна и потолок — и замирали под впечатлением. А потом глядели под ноги и понимали, что такое настоящие богатство и власть.

Бамор сделался серьезен.

— Конечно, конечно. Знаю, все знаю. Прошу за мной, Кохир, прошу. Пойдемте туда, где можно сесть, выпить вина, спокойно поговорить. Туда, туда.

Хозяин провел Эвикиата в комнату, а скорее — в покои, уже более соответствующие торговой компании.