Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Деменайя прикрыла глаза:

– «Буду ли я камнем, буду ли листком, валуном или стеблем травы – будь готова к приходу, когда встану пред Тобой нагим», – процитировала она. Сопроводила слова ласковым взглядом. – Прости дурной перевод, это фрагмент «Песни прощания». Малоизвестной и, пожалуй, второстепенной поэмы, но у моего мужа к ней была слабость. Она говорит о том, что любой – король, воин, жрец и нищий – встает перед Матерью нагим, а заслуги, что приписывают себе в этой жизни, не имеют для нее значения, поскольку она видит каждого насквозь. Хотя некоторые придают этим словам еще и другое значение… Говорят, что человек может быть листком, несомым ветром, или камнем, который противостоит стихиям и сам формирует свою судьбу. Но пока они живут, мои подданные не обладают такой привилегией, и называть их «говорящими вещами» хозяева их могут без каких-либо проблем. Я слышала это тысячи раз. Они приглашают меня на различные торжества: Королева Невольников, жрица их богини, Служанки, той, которая решает споры между кастами и следит, чтобы невольники знали свое место. Черная гигантка, рожденная как одна из них и вознесенная наверх службой в храме. Что-то вроде…

– Мамы Бо? Белой слонихи, которую проводят парадом дважды в год?

В черных глазах появилась веселость:

– Да. Именно так. Кто-то рассказал тебе фрагмент нашей истории?

– Я была в Библиотеке."

"– О да, там помнят, хотя знание, которым не пользуются, стоит меньше, чем слезы крокодила. Тысячу лет назад Белым Коноверином владела Великая Мать, которую вы зовете Баэльта’Матран. Воплощением ее была Белая Слониха. А сейчас? Белая Слониха стала верховым животным Агара, а Праматерь – Служанкой. Несвободные недостойны почитать Агара, разве что будут Возвышены к одному из Родов Войны, и тогда лучшие из них могут выкупить свои семьи и забрать их в агиру. Их отцы и братья работают там до смерти, а сестры становятся женами или наложницами офицеров. Три касты невольников, следящие друг за другом, и армия, что выросла из их рядов, но ставящая им на горло окованную железом стопу. Вот сила, на которой поднялся Белый Коноверин. Чудно, верно?

– Все имеет свое начало и предел, – проворчала Деана, чтобы только что-то сказать.

– Да. Начало и предел. Говорение банальностей тоже должно их иметь, но я боюсь, что это развлечение людям никогда не наскучит. И каков же может быть предел рабства, которое длится уже двенадцать веков? Бунт? Бунты вспыхивают все время, особенно среди грязных и пепельных. Деревянные мотыги, ножи, вилы и топоры против кольчуг, луков, сабель и секир Родов Войны.