Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Я даже оставлю здесь своих людей, чтобы ты не накормила ворон своими глазами слишком рано. Отсюда открывается чудесный вид.

Он указал на панораму долины. Хребты холмов, которые теперь поднимались чуть левее, горели под солнечным светом, справа просыпался отстоящий ярдов на двести лагерь сахрендеев. Ее еще не заметили – или им не было дела до того, кого там се-кохландийцы вешают на рассвете. Да и какое им до того дело?

За лагерем кочевников долина полого спускалась к блестящей реке. Широко разлившейся, темной и спокойной.

– Твои – уже между холмами, вчера шли целый день, потом разбили лагерь и скоро снова двинутся, прямо на этот брод. Потому что это единственный брод окрест, который пропустит такой караван. Мы могли бы уже их уничтожить, но Отец Войны прислал приказ, чтобы ждали с атакой до его прихода. Хочет командовать лично. У тебя будет прекрасный вид на битву.

Кочевник говорил хрипло, то и дело поглядывая на лагерь сахрендеев. Было понятно, что мог он выбрать сотню других мест и что ждет реакции соседей. Она стала игрушкой, предметом, который вырывали друг у друга из рук, лишь бы насолить презираемому противнику.

– За то, что ты сделала его сыну, мой друг хотел тебя закопать живьем в муравейнике. Но я ему сказал: нет. – Он слегка ухмыльнулся с отрепетированной жестокостью. – Но я подумал, что мы сделаем это, только когда ты останешься над рекою последней из своего паршивого племени, когда увидишь уже, как мы сожжем все ваши фургоны и перебьем всех твоих родственников. Тогда, если ты все еще будешь жива, мы найдем какой-нибудь муравейник.

Похоже, он изо всех сил хотел увидеть страх в ее глазах. Потому Кей’ла лишь улыбнулась. Нее’ва много лет учила ее, что такое острый язык.

– Было много желающих?

Он нахмурился, не понимая.

– Ты сбрендила со страха?

– Нет, – покачала она головой. – Спрашиваю, много ли было желающих охранять меня? Потому что те, кто станет охранять, – не отправятся на битву. И не встретят моих братьев.

Он перестал улыбаться, но резким рыком удержал одного из своих людей, который как раз примерялся перетянуть ее ремнем."

"– Хорошо. Очень хорошо. Прежде чем ты умрешь, прикажу вырвать тебе язык и накормлю им своего пса. Может, он станет громче лаять. А теперь – жди. Прежде чем перевалит за полдень, появятся первые фургоны. Впустим их сюда, позволим увидеть реку, а потом все сожжем. И тогда я найду для тебя муравейник.

Он сдвинулся и исчез за ее спиною. Один из его людей остался, миг-другой присматривался к девочке, а потом уселся, оперся спиною об одну из жердей и закрыл глаза.

Солнце в полной славе своей взошло над горизонтом.

* * *Этот «день» был обилен на неожиданности. Сперва в одном из ущелий они нашли нечто напоминавшее руины.