Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

На одной из них, в глубине сада, темнело строение с крутой черепичной крышей. Сквозь ставни пробивался свет.

Доронин позвонил.

На пороге появился, очевидно, поджидавший их мужчина.

Доронин и на этот раз пошел первым.

Посередине обширной, почти пустой комнаты стоял лет сорока мужчина с продолговатым, иссеченным резкими складками болезненно-бледным лицом. Из-за очков в золотой оправе на вошедших внимательно смотрели немигающие глаза, серые, застывшие в напряжении.

— Инженер Ландышев? — он в упор смотрел на Доронина.

— Кто вы? — вместо ответа спросил Доронин.

— Моя фамилия Можайцев. Вы прибыли из Москвы?

— Да.

— Вам придется поверить, что я и есть инженер Можайцев, — говоривший слегка передернул плечами. — Документов, удостоверяющих мою личность, я вам представить не могу. Впрочем, это лучшее доказательство того, что я Можайцев, — будь я кем-то другим, наверное, имел бы ворох документов, сфабрикованных Алленом Харвудом. В мою пользу говорят два обстоятельства: кое-кто в Германии может при случае подтвердить, что я не шпион и не провокатор, и затем основное — я не имею намерения выспрашивать инженера Ландышева о его секретах, а наоборот, хочу сообщить ему нечто важное и передать документы, могущие представлять некоторый интерес для науки.

— Я Ландышев, — выступил вперед инженер.

Можайцев некоторое время смотрел на него каким-то странным, замершим взглядом. На миг Доронину показалось: нечто вроде ненависти искрой промелькнуло во взоре Можайцева и тотчас исчезло. Он протянул инженеру руку и просто спросил:

— Вы доверяете мне?

— Иначе я не находился бы здесь.

Опять что-то странное, невысказанное обоими почудилось Доронину в словах этих впервые встретившихся людей, нечто такое, о чем знали лишь одни они.

— Вас охраняют, — с явным облегчением заметил Можайцев и с уважением посмотрел на Доронина. — Я должен был бы сразу догадаться, что вы приедете не один. Это очень хорошо. Вам угрожает большая опасность, инженер Ландышев.

— Надеюсь, вы пригласили меня сюда не только для того, чтобы предостеречь от грозящей мне опасности? — в голосе Ландышева Доронин снова почувствовал раздражение.

Можайцев остановил на нем суровый взгляд, немного помолчал.

— А почему бы и нет? — сухо заговорил он. — Я ценю вас как ученого и считаю себя обязанным поэтому сказать вам об опасности, о существовании которой вы можете и не подозревать. Кроме того, опасность, которая может угрожать вам, одновременно угрожает и тем, с кем вы работаете. Затем, удар против вас имеет целью сорвать успехи советской науки по освоению космоса, а для меня это не безразлично — Россия моя родина.