Кодекс Крови. Книга ХIII

— Если обещаете не портить портрет. Всё же память о предках… — осторожно намекнул я.

— Слово дворянина.

Я передал ему портрет в тяжёлом подрамнике. Мой пленник сперва пристально вглядывался в лицо, а после ещё более пристально изучал даты жизни под портретом. Его губы едва заметно шевелились, будто Николя что-то сопоставлял.

— День разницы…

— Вы старше или младше? — осторожно уточнил я.

— Младше…

Я не торопил своего собеседника, давая тому возможность и время построить самые невероятные теории.

— Всё равно не понимаю. Я — сирота… Я — дар богу… Я…

— Всё, что мы знаем, это что мой прадед в первом браке сочетался браком с некой Франкой Бенуа, и она умерла родами. Но у нас в крипте нет её останков. Но есть дата смерти.

Я назвал дату и заметил, как у Николя дёрнулся глаз в нервном тике.

— У меня в метрике дата рождения на день позже записана, но о Франке Бенуа я слышу впервые, — покачал он головой. Потом он вдруг до чего-то додумался и резко отпрянул от меня. Я даже догадывался, что за мысли возникли в его голове.

— Нет! Не может быть, скорее всего, я — чей-то бастард, которого по случаю вписали в книгу. Вам не стоит волноваться. Я вам не конкурент… у нас, наверняка, нет ни капли общей крови."

"— Кровь у нас как раз родственная, это я вам как маг крови говорю, — просветил я Николя. — Но что бы вы ни думали, вы не являетесь для меня угрозой в обладании титулом. Во-первых, в части владения родовым даром я гораздо сильнее вас, а, во-вторых, перстень мне вручил сам покровитель рода. Поэтому вам не стоит бояться за свою жизнь.

Николя шумно выдохнул и растерянно погладил лысину, на которой волосы ещё не успели отрасти после его огненного превращения.

— Тогда тем более не понимаю. Зачем я вам?

— Сколько человек в роду Бенуя, Николя? — вопросом на вопрос ответил я.

— Чуть меньше сотни, — осторожно ответил собеседник, раздумывая, а не выдал ли он какую-то тайную информацию.

— А у нас, в графском роду, я и мой нерождённый сын.

— А-а-а… а где остальные?

— Погибли в серии покушений за последние десять лет.

— Как Занзара в Италии, — криво улыбнулся Николя. — Меняются страны, а методы не меняются.

— Именно. Но вопрос с покушенцами я решил кардинально. Была родовая война, в результате которой они стали нашим вассальным родом. Другой вопрос, что я очень ценю кровных родственников и успел навести справки о вашем положении в роду Бенуа.

Николя набычился. Взгляд его метал молнии, челюсть упрямо выдвинулась чуть вперёд, а желваки на скулах ходили ходуном.

— На вас печать бога Бенну, но это никоим образом не означало, что вам нельзя заводить семью. Я проконсультировался у покровителя рода. Этот запрет искусственный и шёл от людей. То есть вас по какой-то неизвестной причине просто лишили возможности иметь семью.