Кодекс Крови. Книга ХIII

В них летели ледяные и каменные копья, разверзались лавовые озера, с воздуха бомбардировало метеоритным дождём и воздушными кулаками. И это были лишь первые пять метров. Чтобы жизнь не казалась мёдом, на них то и дело нападали твари изнанки. Великий Князь каких-то знал, но большинство видел в первый раз. Судя по тому, как княгиня отбивалась от них со знанием дела, это были ранее виденные ею создания. Изюминки добавляли бушующие реки и обрывы, которые необходимо было преодолевать.

— Когда это закончится? — в прыжке сжигая очередную летучую тварь, поинтересовался Иван Григорьевич. Он уже больше напоминал себе подкопчёный окорок, чем императорского племянника.

— Режим выключится после финиша на другой стороне или нашей условной гибели, — весело отрапортовала княгиня, танцуя свои странные танцы вокруг ползучего монстра.

— А если кто-то один погибнет? — уворачиваться Ивану Григорьевичу удавалось всё сложнее. Тварь в этот раз попалась гибкая и вёрткая, словно осьминог на ножках, выстреливающий ядовитыми щупальцами. Все сразу не прижаришь, выставляет щит, а по одному выбивать замучаешься.

— Его выбросит за пределы тренировочного комплекса, — княгиня справилась со своей сороконожкой и скастовала гололёд под тварью, отчего у неё разъехались щупальца в разные стороны, и осьминожка села на задницу, или что там у неё было. Выпустив под собой кляксу ядовитых чернил, она вдруг ощетинилась иглами, как дикобраз, и отстрелила их. Князь успел частично прикрыть собой Кирану, словив на себя почти все иглы. Хозяйка же удивлённо взирала на такое благородное спасение, выдергивая из себя лишнее.

— Удачи, — прохрипел Великий Князь и чуть приобнял Кирану за талию, прижавшись к месту одного из проколов, и исчез."

"Оказавшись на входе в тренировочный артефакт, Иван Григорьевич мысленно отсчитывал секунды: «… три, два, один» и обтирал руку, запятнанную в крови и баснословно дорогой алхимии.

Очередная тварь добила раненную княгиню, и та оказалась рядом с ним, практически нос к носу. Зрачки её расширились и затопили радужку. Дыхание участилось, на щеке пламенем полыхала татуировка. Кирана сжала кулаки, тряхнула несколько раз головой, пытаясь прийти в себя после схватки… и сделав шаг вперёд, впилась в губы Великому Князю грубым поцелуем.

«Подействовало! — мысленно возликовал Иван Григорьевич. — Назад дороги нет».

Глава 12

В Хмарёво я возвращался порталом из личного схрона Комаро. Тот только головой покачал да ручкой на прощание помахал.

Агафьи в поместье не оказалось. Она ушла искать подробности о без вести исчезнувшей из семейных хроник Франке Бенуа. Мне же предстоял непростой разговор с Николя Бенуа. Прихватив кое-что из картинной галереи рода, я спустился в казематы под фортом.