Лесной князь

– Да хороши цветы, хороши, – тут же вмешался Нелидов. – Не переживайте. Катерине все понравилось. Ну, пойдемте к столу, а то ужин стынет. Там и поговорим.

– Как Вам будет угодно, уважаемый Петр Иванович, – кивнул вежливо Левашов. Катюша встала, и Левашов галантно подставил локоть девушке. – Прошу Вас, Екатерина Васильевна, составьте мне компанию.

Нелидова красноречиво посмотрела на племянницу, словно веля ей взяться за локоть Левашова. Катя смущенно опустила взор, ощущая, что от внимания Ильи Дмитриевича у нее зарделись щеки. Она осторожно положила свою ладонь на сгиб его руки. Отметив это, Нелидов зыркнул на жену и поспешил в сторону столовой, дверь в которую уже услужливо отворили слуги. Дарья Гавриловна засеменила за ним. Левашов с Катей последовали следом.

За ужином Нелидов с Левашовым много говорили, а женщины в основном молчали. Катюша то и дело ловила на себе долгие пронзительные взоры Ильи Дмитриевича, и старалась быть естественной и не показать своего волнения. После обильного ужина, все прошествовали вновь в гостиную. Уже около девяти вечера к Нелидовым пожаловал еще один важный гость.

Граф Роман Илларионович Воронцов вошел в гостиную, когда все пили чай. Стареющий Воронцов, которому было уже под пятьдесят слыл очень влиятельным человеком того времени. Он был баснословно богат, и занимал блестящую должность при дворе императрицы Елизаветы Петровны, с которой еще в молодости состоял в интимных отношениях. Благодаря этой связи Роман в свое время получил обширные земельные угодья, бесчисленных крепостных и помпезный дворец.

Воронцов важно вошел в гостиную. Холодно поздоровавшись с Левашовым и Нелидовым, он поцеловал ручки дамам, как и полагалось по этикету. После приезда графа, Петр Иванович как-то ведь засуетился и уже через пять минут увлек Романа Илларионовича в свой кабинет. Дарья Гавриловна и Катюша удовольствием остались в компании галантного Ильи Дмитриевича, совсем не сожалея о том, что мрачный желчный Нелидов покинул их.

Граф Роман Илларионович развалившись в кресле, напротив горящего камина, потягивал вино из большой хрустальной рюмки и рассматривал прыгающие языки пламени. Хозяин дома сидел рядом с ним на стуле и услужливо смотрел на графа.

– Петр Иванович, – произнес Воронцов после некоторого молчания. – Не забывайте Вы дали клятву нашему братству, и не можете ставить свои интересы выше интересов ложи.

– Да, да, я все понимаю, – затараторил Петр Иванович.

Роман Илларионович даже не взглянул на ставшего вдруг пунцовым Нелидова и продолжал:

– Отчего же Вы не прилагаете никаких усилий для вербовки новых членов братства? Мы нуждаемся в деньгах и нужных связях. Не могу же я один постоянно просить императрицу о тех или иных милостях? Мне это уже неудобно.