Замок княгини

Может быть…

— Ну что это такое! — впервые подала голос лира преклонных лет, которая дремала на углу стола, — маг подтвердил, что ленна Кантана вернулась нетронутой — это раз! А два, известно, что её держали взаперти в башне, чтобы скормить дракону, а для этого подходят только девственницы!

Все даже замолчали ненадолго и перестали жевать, настолько это было неожиданно.

— Достаточно, — вдруг негромко, но серьезно сказала императрица, — мы все прекрасно понимаем, что ленна Кантана лишь достойно выполнила свой долг, а князь получил то, что ему требовалось — Шайтакан. И кто знает, нужна ли вообще была эта взаимная склонность для того, что бы князь получил и так ему принадлежащее. Маги сомневаются. Ведь под замком спал древний дракон, который проснулся и разрушил полгорода!

— Так это не слухи? — протянула старуха, и ей скрипучий голос разнесся по всему залу. — Древний дракон действительно проснулся?

Вся мужская часть стола повернула головы в их сторону, а император прервал беседу с Дьяном и нахмурился.

— Выходит, на самом деле ленна вовсе не вышла замуж? — негромко заметила одна из лир, на что императрица сделала недовольный жест, веля разговорчивой замолчать.

Кантане захотелось сбежать из-за стола немедленно.

— Ты всегда можешь рассчитывать на нашу поддержку и покровительство, ленна Кантана… княгиня Кантана Дьянна, и мы так же рассчитываем на твое добросердечность, — сказала, императрица, и запила сказанное остывшим травником.

Дальнейшее время прошло в относительном молчании.

Наконец император поднялся, следом за ним императрица — завтрак был окончен.

Мать подошла к Кантане, и, быстро обняв её, сказала тихо:

— Не обращай внимания на то, что здесь говорилось. Это не стоит того, ты ведь понимаешь, — и отошла, потому что к ним уже шёл Дьян.

Его перехватил младший князь Каста, явно забывший сообщить что-то важное. Вокруг Кантаны на короткое время образовалась толпа, забегали слуги, и она поспешно отошла к самой балюстраде, стараясь не терять Дьяна. И вдруг услышала обрывок разговора, прерываемый смешком:

— Если на неё одеть больше, гораздо больше этого блестящего, она запросто может понравиться своему мужу. Колдуны больше всего на свете любят драгоценности, это известно.

— Да что ты говоришь?..

— Это точно! Они и делают лучшие драгоценности…

Кантана застыла, почувствовав себя так, словно её окатили холодным.

"Если на неё одеть больше, гораздо больше этого блестящего, она запросто может понравиться своему мужу".

Как же это похоже на правду.