Замок княгини

И всё хорошо было! Я почувствовала бы, будь что не так. А не было ничего такого…

— Но ведь он признался, сама говоришь.

— Он себя оговорил, лир. Один суд уже был, и его приговорили. Я заплатила, чтобы маг мальчика моего допросил! Отдала пятьдесят дирров. Маг тоже сказал, что виновен… Это неправда, лир соддиец!

Говорила женщина с Ардаем, но всё чаще обращала умоляющий взор на Кантану, которая пока не вмешивалась. И она поняла уже, вообще-то, каким образом тут могла бы помочь. Если помочь вообще возможно, конечно. И ещё это значит, что ниберийка всё про неё знает, вот так, взглянула — и знает. Про её способность слышать чувства, и, может, про другое, что самой Кантане пока неизвестно. Но…

Тут всё непросто! Юноша в своей вине признался, маг его слова подтвердил. Казалось бы, всё, сомневаться не в чем. Ниберийка не сказала несчастной матери, что Кантана спасёт её сына, она сказала, что та лишь может его спасти. Может попробовать. Придётся слушать чувства парня, и не только его. Люди в зале суда неспокойны, и настроение у них далеко не благостное, зайти туда без шада — даже подумать страшно.

Мантина, оказывается, тоже беспокоилась об этом.

«Ты ей позволишь, Младший Дьян? Это сумасшествие. Представь людей в судебном зале. Мы её потом в чувство будем приводить до возвращения Дьяна».

«Не беспокойся. Мы будем осторожны».

«Ты излишне доверяешь суждениям нибериек. Но это — не твоя любимая ниберийка! И с какой стати мы должны вмешиваться в дела итсванцев?»

«Это город Кантаны. Для этих итсванцев она — владетельница. Говорю же, не беспокойся».

Ему вдруг пришла в голову одна мысль, хорошо бы светлая.

— Мы поняли тебя, сударыня, — сказал Ардай. — Пожалуйста, выйди ненадолго, постой за дверью. Нужно кое-что решить.

Женщина бросила на Кантану очередной умоляющий взгляд и поспешно вышла.

— Что ты думаешь об этом? — спросил Ардай у Кантаны.

— Что нужно попытаться. Я готова пойти на суд, чтобы разобраться с чувствами подсудимого, судей, свидетелей, и там будет видно, кого ещё. Я должна, но немного боюсь, и прошу…

— Подстраховать тебя? Это само собой. Пойдёт что не так — вообще закрою щитом. Послушай, а как ты реагировала на слуг в замке?

— На слуг? Никак, — Кантана даже удивилась, — правда, я их почти не вижу, — добавила она.

— Кантана, — ласково, как маленькой, сказал он, на этот раз не назвав её тётушкой, — тебе больно от чувств соддийцев. Но мы не люди, вот в чём дело. Точнее, не совсем люди. У нас есть… э… я хочу сказать, есть другие возможности, вдобавок к человеческим. Может, они и причиняют тебе боль? Или усиливают? Но в судебном зале будут только люди, надо сначала выяснить, как ты чувствуешь их. Согласна?

Она кивнула.