Замок княгини

«Кто ты, назовись! Я Ардай Дьян!» — крикнул он по-соддийски, направленно, только ему. Громко крикнул. Незнакомый дракон не отозвался. Он не спеша развернул крылья и взлетел, и скрылся за низкими облаками. Явно летел очень быстро, всё ускоряясь, но догнать его труда бы не составило, если бы Ардай мог немедленно обратиться и полететь вдогонку — но он был в городе, и превращаться посреди улицы не мог никак.

Незнакомец не ответил — это было странно. Обычно, если спрашивают, то всегда получают ответ. Особенно если спрашивает Дьян. Пусть даже это Младший Дьян! Не ответить Дьяну — нахальство. Такое случилось в первый раз. Так что неудивительно, что, вернувшись в замок, Ардай первым делом направился к старшему охраны, и передал ему мысленное изображение зеленоглазого незнакомца. Все-таки, Провидение одарило соддийцев щедро, одна эта способность передавать мысленные картинки чего стоит!

«Не знаю его! — удивился охранник, — впервые вижу!»

«Опроси дозорных, — попросил Ардай, — он ведь как-то прилетел?»

«Он мог прилететь человеком, верхом на ком-то, — резонно заметил охранник. — другое дело, что я этого дракона вообще впервые вижу. Дозорных я опрошу, но ты доложи князю, Младший Дьян. И покажи, наверняка он его знает. Если это северянин, то, конечно, к князю прилетал, так или иначе».

Ардай последовал совету. Князь был озадачен.

Князь был не обеспокоен, нет. Не рассержен. Просто озадачен.

— Говоришь, назваться отказался? Хорошо, я спрошу о нём у Шанияров. Напомню о правилах вежливости.

— И всё? — удивился Ардай. — Кто угодно и дальше будет прилетать и улетать, когда пожелает?

— Но так всегда было и будет. Для нас, на нашей земле, — заметил князь. — Но я тебя понял.

— Дядя, это не правильно! — не удержался Ардай. — Прости, я не должен был говорить это тебе. Но помнишь, когда ты засунул меня в подвал в Дарьявеле, ну, тогда, сбежать мне было довольно просто. Потому что твоя тюрьма — это был проходной двор. А представь, если бы я был твоим врагом?

Князь быстро повернулся, взгляды их встретились — как два клинка звякнули. Но уже в следующую секунду князь рассмеялся.

— Ты сбежал, потому что Дьян, — сказал он уже спокойно, — и потому что тебе помогли. Но повторяю, я понял тебя. А теперь скажи, что бы ты хотел сделать сейчас.

— Я приказал бы дозорным не впускать и не отпускать того, кто не назовётся. Того, кто не будет узнан. Останавливать. Применять силу, если нужно.

— Этим мы дадим понять, что подозреваем врагов в соддийцах. До сих пор такого не было. Никто не поймёт. Как объяснишь?

— Никак. Разве нельзя просто приказать?

— Как итсванский император? Знаешь, в чем одно из различий между нами? Его люди, некоторые, служат мне. Мои люди ему — никогда.