Замок княгини

Можешь звать по имени, когда мы одни, на людях — муж мой или князь, — он улыбнулся в её растрепанные волосы, сам не поняв, пошутил или нет, — потом разберешься.

— Спасибо, муж мой, — определённо, смешинка в её голосе ему не почудилась…

Проснулась Кантана опять от лёгких шагов соддийки по комнате. Та раскладывала на кушетке одежду, и много, несколько разных комплектов — наверняка затем, чтобы предложить на выбор. Ну да, Кантана ведь накануне не распорядилась, что нужно приготовить, парадный костюм цветов Каюбов или что-то более непринужденное. Но она и не знала, что лучше надеть этим утром. И какая официальная одежда положена жене князя, каких цветов? Нужно было посоветоваться с князем.

Воспоминания о прошедшей ночи заставили её в смущении уткнуться лицом в подушку.

Мантина, услышав, что Кантана пошевелилась, повернулась к ней.

— Доброе утро, княгиня. Должно быть, тебе пора вставать. Князь хотел бы за завтраком представить тебя людям замка.

— Хорошо, — Кантана села, пригладила растрепанные волосы, — это будет что-то торжественное?

Про себя она отметила, что соддийка сказала: представить тебЯ. В Итсване супруга владетельного именя услышала бы: лира, тебЕ представят людей…

Мелочь, конечно. Но это те мелочи, которым придают значение.

— Нет, не слишком торжественное, — соддийка улыбнулась, — у нас тут многое куда проще. Нет той пышности, тех ритуалов, к которым ты привыкла в Итсване.

— Не могу сказать, что я к ним привыкла, — заметила Кантана, слезая с кровати, — отвыкать особенно не придется. Я при дворе почти не бывала, несколько раз на больших балах, и всё.

Соддийка уже принесла воду для умывания. И вот ещё что, в комнате вкусно пахло свежим травником с малиной.

— Ты принесла травник из кухни? — удивилась Кантана.

— Нет, я приготовила немного здесь. Не желаешь выпить горячего перед завтраком? — соддийка была сама безмятежность, — я добавила сухую малину. Сама собирала летом.

— Здесь? — Кантана оглянулась на холодный камин, — но каким образом?

— Смотри, — Мантина чашкой зачерпнула воды из таза, подержала немного в руках.

У Кантаны засосало под ложечкой. Горная колдунья, конечно, может и не такое…

Отец ведь объяснял. Они все колдуны, от рождения.

— И тебе не горячо? — все-таки уточнила она, — ты вообще никогда не обжигаешься?

— Могу обжечься, если неожиданно, — пояснила соддийка, выливая кипящую воду обратно в таз, — но потом быстро залечу. А если вот так, то нет, не обжигаюсь. Это наши способности, княгиня. Не магия, просто способности.

— Я понимаю. И мой муж так может.

— Ну конечно. Он может много больше, чем я. Желаешь отведать травника, княгиня? — она наполнила чашку из серебряного кувшинчика и подала.