Ключи Марии

Быстренько их откатил и застегнул. Также застегнул пуговицы возле воротника. Теперь он не щеголь, но и не бродяга."

"Из темноты приблизилось тарахтенье мотора. К отелю подъехал черный блестящий кабриолет. В кабриолете под козырьком, защищавшим от дождя, сидела красавица в модной красной шляпке с закрывавшей глаза вуалькой, в пальцах она держала сигарету на длинном мундштуке. Кабриолет остановился у входа. Водитель поспешил раскрыть зонт. Красавица в роскошном красном платье до пят вышла из машины и сделала несколько коротких изящных шагов. Водитель с зонтиком семенил за ней. Ее большие красные губы спешили, должно быть, к своему покровителю из высших сфер. Светлые волосы спадали крупными кудрями на плечи.

Глава 77

Палеополи, ноябрь 2019. Бисмарк напивается из-за невозможности вернуться в Ормос, но в результате просыпается в незнакомом месте с крышей над головой

В голове теснило. Словно мозг вздулся и пытался раздвинуть черепную коробку. Олегу поначалу казалось, что все это происходит во сне, что это обычный пост-алкогольный кошмар. Нервы, стресс, узо, а потом какая-то циппора, одним словом намешал, напился, все двадцать евро ушли в трубу! Точнее в горло. А когда стало понятно, что больше ему за узо платить нечем, парень-бармен все-таки угостил за счет заведения чем-то другим, не анисовым, но тоже крепким. Угостил и попросил собираться. Он уже закрывал снек-бар, а Бисмарк оставался единственным посетителем. Он пытался объяснить, что ему некуда идти! Что он застрял до утра, до автобуса. В принципе, мог ведь и остаться на террасе, выходившей своим деревянным заборчиком прямо к краю дороги! Но парень объяснил, что и террасу закрывает! А как можно закрыть террасу, если у нее нет окон и через заборчик, который и высотой-то был не больше метра, перелезть мог бы каждый! Может, надо было сделать вид, что ушел, а потом вернуться на террасу и там прилечь на полу, подремать до утра. Не замерз бы, это точно! Особенно после такого коктейля!

Олег открыл глаза. Всеобъемлющая темень словно хлынула навстречу взгляду, внутрь, в раскалывающуюся голову, в не уверенные, шаткие, шарахающиеся из стороны в сторону мысли.

Ныла спина, болело правое плечо, острая боль ощущалась в левом бедре. Так болело, будто от ушиба.

Он пытался привыкнуть к темноте, стараясь не обращать внимания на разбитость тела. Обычно его глаза быстро привыкают к темноте и через пару минут начинают различать линии, очертания предметов, проступающий за предметами серый фон. Но в этот раз привыкания не происходило. Темнота оставалась темной, а невидимое оставалось невидимым.

– Черт! – выдохнул Олег и попробовал подняться.

Уперся ладонью в нечто мягкое, похожее на матрац. Это то, на чем он проснулся, а значит и спал.